* * *
Акира Ямашида
Акира Ямашида Стал жертвой суицида. Влюбился в Зиту-Гиту, А та его отшила. Всё было шито-крыто, Разбитое корыто Назвали Бабка-мару, Поплыли в этой таре. А старый Шатрхендыч, Дожёвывая сэндвич, Поставил на зеро, И проиграл Перо. И Белое Перо, Друг Олда Шатрхенда Отправился на рабство. Такое вот добро. У Олда Шатрхенда, Теперь не будет френда, И чёртову вендетту, Наследуют их дети. А было б всё иначе, Если бы не начал Акира-неудачник, Попавший под раздачу. Дала бы Зита-Гита Страдальцу простатита, И было б шито-крыто... История избита.
* * *
Бесфанеры
Бесфанеры Вся в помаде Хакамада листопада не боится, не подтягивает лица Потому что, там в столицах почемучек только кучка, всем понятно и без слов. И свистит поверх голов. транскрестит и трансуглов, розенкрейцер Таня Пельтцер, Ваня Ургант дельце, тельце, Боря Ельцин Буги-вуги. Две резиновых подруги. Вирус, ракурс. Мрази, кака, Люциус - папаша Драко. Дракула посажен на кол И не важен символ веры, где повсюду запах серы. Сэры, мэры даже херы... Просто чудо! - без фанеры?? без бумажки без отмашки где все трещинки? - на чашке были смыты. вон оттуда! Остальные лыком шиты. как стальные напоказ. гвозди делать бы из нас. первый раз - не педагог всё на свете превозмог. и за всё в ответе Бог?
* * *
Безумье
* * *
Данные неутешительны
Вниз постоянно слетаются руки на помощь работе. Но окаянные мухи фальшивят, как ноты. Ноты последнего вальса пустого желудка. В морду посреднику сальную бросили шутку. Данные неутешительны. Станешь ты чёрным учителем. Утками полными ночь под кроватью богата. Вытканы томные точки над i автоматом. Уровень мощи вечернего чая опознан удачно. Надо на этом закончить - скажу однозначно. Данные неутешительны. Станешь ты чёрным учителем.
* * *
Линва латина
* * *
Отец керосин
Ещё один-другой прогон, и шесть погонных метров наши. Из них нарежем мы погон, набитых тёплой манной кашей. Идола выдолбил шеф маслобойни, смущённый борьбою с умом. Отец-героин в ожидании тройни. Всё разрешится само. По трубам гоним керосин с великим знаньем полномочий. Денщик - не столь высокий чин, чтобы его не опорочить. Золото падает с ясеня, осени первый бумажный привет. Тихо летя, говорит, ничего себе. Бог достаёт пистолет. Соорудив из кулака игру для самых-самых взрослых. Дурак гоняет дурака, и по ночам выходит в космос. Новое - прочно забытое старое. Снова впиваются зубы в язык. Завтра опять соберутся отарою. Кажется, каждый привык.
* * *
Праздник Пилы
Ложное имя четыре стихии прорвав, вытекает
Верные мигу, ногами вперёд удаляются звёзды
Стойко хранят облака боевые лопаты конвоя
Плесень мешает белеть одинокому камню планеты
Пена свободы, сковавшая мягко случайного гостя
Стонет, воруя десяток живых колокольных знамений
Вниз постоянно слетаются руки на помощь работе
Голая совесть последнего года убита кастетом
И всё это - Праздник Пилы,
Заполнивший Площадь Зубов.
И всё это - звуки золы,
Брошенной в окна домов.
Ждут в бесконечных квартирах чужие сухие победы
Промахи ветра их запахом тихим устало наполнят
Станет едою, беспечно гуляя по улице Бога
серия лиц, изучающих стиль проходного квадрата
Поиски сна по совету разбитого мёртвого снега
Будут уроком отцу напряжённого вольного флота
Уровень мощи вечернего чая опознан удачно
Встреча зарядов, штурмующих небо заранее свята
И всё это - Праздник Пилы,
Заполнивший Площадь Зубов.
И всё это - звуки золы,
Брошенной в окна домов.
* * *
Шорох перьев трёх веков. Сон продолжается.
Шорох перьев трёх веков, не заглушит скрип суставов, предусмотренный уставом от поклонов "сундуков". Печень мамонта важна при лечении неврозов, пусть вытаскивать занозу помогает вся страна. Сон продолжается. Маятник качается. Шейк танцующие пни вымогают капли крови, у того, кто подготовил позолоченные дни. И когда настанет Ночь, лопнет глаз, узревший вечность, воцарится бесконечность, уносящаяся прочь. Сон продолжается. Маятник качается. Тихо перьями шурша, прокрадётся следом память, силясь что-нибудь оставить на съедение мышам...
* * *
Сядь-ка в кресло для ударов по глазам
Оловянная рожа, И гвоздик во рту. Сядь-ка в кресло для ударов по глазам. Антибрачное ложе - Два скелета в поту, Перемалывают гения в бальзам. Сторож мозг получит сдачу, Медяком ещё горячим, Продавая обладателя судьбы. Собирая объедки, Юродивый слон, Не получит индульгенции цепей. Псы учёные в клетку, Не осилив заслон, Возвращаются в созвездье чуть поздней. Шорох звёзд заглушит ливень, Сорок поз изучит бивень. Впереди ещё немало вечных снов. Муравьи по талонам, Сигары в ушах. Тут в лиловом крике светится позор. Восемнадцать вагонов, Поставляющих прах, Вырастают на глазах во весь опор. Сорок доз обрушит ливень. Рокот гроз себе противен. Как заплёванный колодец бытия.
|
|
|
Сайт "Художники" Доска об'явлений для музыкантов |