|
|
Ты есть. Теперь я буду жить и строить счастья этажи. Для неуёмной баловницы свершать набеги, грабежи, воруя звёзды про запас. И, чтобы никогда не гас светильник - собирать искрицы и солнце создавать для нас. Вдруг выдумка... и нет тебя? Пустыня выжжет мир дотла, Умчится счастье в колеснице... Как видишь, без тебя нельзя.
Пусть идут и проходят мимо те, кто в жизни моей случайны. Повторяю одно лишь имя, остальные не различаю. Голоса, словно шум прибоя или ветра, являясь фоном, не мешают вести с тобою диалоги в режиме "моно". Даже если не отвечаешь и в своём пребываешь "где-то" - вспоминаю, живу речами... Что не сказано - будет спето.
Чуткость важна для осени в ритме сухих шуршаний. Ветром листва разносится вдоль нежилых фонтанов. Вместо воды в них - россыпи золота и рубинов, что увлажнятся росами ближе к заре... Обидно. Сухость важна для осени, но не нужна фонтанам. Смотрится небо озером... может, и океаном.
Сердит на меня твой дождик, прохладные брови хмурит. И, словно босой художник, по влажной идёт глазури, рисуя попутно лужи... Мне сыро, немного зябко. Я, кажется, чуть простужен. А ты не со мной, не рядом.... Но вдруг отразилось небо на серой глазури... Дождик, пройдясь по асфальту зеброй, художество подытожил.
Из фрагментов морских видений этой ночью воскреснет вечность. Горы сбросят на берег тени. Звёзды вспыхнут в изгибах млечных. На секунду затихнут волны, убедившись - везде разлито серебро. Разойдутся воды... и появится Афродита.
Держи моё сердце, любимая, когда я вдали от тебя. Дорога ветвистая, длинная... но дни, словно птицы, летят. В пробелы бездушного времени голубку к тебе отпущу. В ней сердце моё. Ты поверишь ей, когда прикоснётся к плечу.
Нечего надеть? Да не грустите! Небо вам - узорчатый покров. А в лесу волос найдёт грабитель бриллиантов сотни образцов. Посчитает жарким поцелуем, в закрома навеки увезёт. Конь готов, сверкает лунно сбруя... Но потерян украшеньям счёт.
Утихнет то, что должно утихнуть. Остынет то, что должно остыть. Пишу я мысленную картину, в которой горы, любовь и ты наполнят смыслом движенье кисти. Вечерней радуги семицвет найдёт покой на моём эскизе. оставив лёгкий, воздушный след. Застынет утро в неярких красках, забудет время который час. Засну на время... Картина маслом продолжит живописать для нас.
Смотри, как стройны кипарисы, которые мы посадили! В них наши наивные мысли у времени черпали силы. И детские чистые клятвы два дерева соком питали. Лишь нам, повзрослевшим, понятны листочков изогнутых тайны. Когда-то клялись мы быть вместе, Доверили жизнь кипарисам. Нашли без труда это место... и вышел к нам клятвенный призрак.
Кошка приходит из ниоткуда, из виртуальных снов. Ярко включает два изумруда там, где ещё темно, Где чёрный ангел чёрные шторы связывает в узлы. Кошка обводит царственным взором дальнее и вблизи. Мистику страшной, путанной ночи может легко стереть. После свернётся в тёплый комочек облака на заре.
Тёплый сентябрь опустился на безмятежность гор. В длинной тени кипариса мы разожгли костёр. Вверх поднимаются искры, с небом ища контакт. Вслед устремляются мысли... Тихо крадётся мрак. Ночь наступила внезапно. Искры вернулись к нам звёздами, где-то озябнув... Грейтесь, не жаль огня.
Косы русые - сети. Заплетаются думы. Мне не выйти из клети к жизни внешней, угрюмой, предлагающей волю и с тобою разлуку. С небом больше не спорю. Не услышит ни звука! Пальцы девичьи быстро ленты в душу вплетают. О тебе только мысли... Косы русые - тайна.
Под ногами земля исчезла. Провалилось куда-то небо. Я услышал, что ты - невеста... Не моя. Ждут сваты ответа. Затянулось навек молчанье, продлеваясь беззвучным эхом. Сердце больше не отвечает за борьбу между тьмой и светом. Заслоните глаза мне, горы! Расступитесь пустые люди! Открывайся сосуд пандоры! Ты пришла... потому что любишь.
Слово моё взлетит или твоё опустится... разницы нет. В пути каждого - миг присутствия нашей с тобой любви и откровений вечности. Сколько ни говори, встречи словам намечены. Ангелы наши днём спорят, а ночью ладятся. Так же как мы, вдвоём в миг попадают радуясь.
Не может солнце повернуть назад, шагнув в проём горящего заката. Мне неспокойно... Вдруг войдёт в азарт и поменяет планы для возврата? Вдруг, постучит опять в моё окно светило дня, не дав мне прикоснуться к тебе... О нет, уйти оно должно, и как положено - к утру вернуться.
Я не знал о музыке своей и не слышал как она звучит. Мне чужая нравилась вполне, для сомнений не было причин. Плоский мир стоял на трёх слонах, не меняясь, буднично трубя. О своей мелодии узнал, лишь когда почувствовал тебя.
Летает лето по просторам неба, бросая в тень морскую тёплый свет. Вот так легко сорваться с места мне бы и заискриться пеной в синеве... И как хотелось бы на миг исчезнуть - взглянуть на мир с обратной стороны. На миг, не больше... а потом, воскреснув, увидеть как друг другу мы нужны.
Наша плоть едина, часть моя - скала. Ты роди мне сына, назову Ахра. Если дочь родится, станет родником с именем Сария и моим цветком.
Не спрашивай - где сейчас нахожусь. Я там, где твоя прелестная грусть и там, где цветы роняют росу. Букет алых роз тебе принесут... И в каждом цветке увидишь меня. Любовь, не грусти! Где ты - там и я.
Ты - оазис. Чистая водица родниковой радостью журчит. Пью тебя и не могу напиться. Надо мной раскинуты шатры кос твоих. Спешащему восходу прикажу не торопиться впредь. Караваны мыслей не свободны - попадают неизменно в сеть.
У цветов есть маленькая тайна, о которой знает только Бог. Я открыл секретное случайно и небесного теперь знаток. В Олеандре жизнь моя, лекарство, смертный яд... Лишь в ней я нахожу и любовь, и женское лукавство, и слова, подобные ножу.
Минутам теряется счёт. Протянута ночь в бесконечность. Созвездия кто-то крадёт. Темно. Освещать больше нечем опасную область любви. Дыхание жгучее рядом. Мелькают зарницы вдали. Я чувствую пламенность взгляда. Опасность стоит за спиной в домашнем халатике скромном. Знакомлюсь с хозяйкой ночной... Лучистость рассвета не скоро.
Опускает ресницы луна и выходит на тёмную сцену. Увела моего скакуна... Вслед плетусь неуверенной тенью. Великаны лесные молчат и на помощь ко мне не стремятся. Как вернуть вороного коня? Уплывает луна виновато...
Темнить можешь сколько хочешь и силы напрасно тратить. Узнаю твой светлый почерк в движении звёзд и датах. Увижу везде улики - следы от твоих присутствий, что всюду роняют блики и нам освещают сутки. Заигрывать можешь с ветром, пытаясь найти с ним сходство... Останешься той же, верной, звездой, восходящим солнцем.
Падают яркие чувства на паруса декабря, на белоснежную чуткость зимнего календаря. Светлым узором застыли праздники в глянце окна, и серебром серпантина комната наша полна. В сказки, казалось, не верю, в тонкую суть волшебства. Падают звёзды без меры... Я их ловлю для тебя.
Послушаем летних цикад с тобой, голубица-сестра! Вернём наше детство назад, когда мы вдвоём у костра сидели всю ночь напролёт, мечтами взаимно делясь. К утру сон меня разберёт. Из тени появится князь, как вор из девичьей судьбы, и тихо тебя украдёт. А я не услышу мольбы... И свадьбы наступит черёд.
Я замерзаю в домике лесном, перебирая мысленные льдинки. Змея пролезла в нашу жизнь тайком - шепнула Еве что-то по-старинке. И лето стало зимним полотном, а посреди январь пророс, как древо. Смотрю на мир в застывшее окно, где ледяная правит королева.
Позволь мне прохладой умыться, моя ненаглядная лань! В прозрачную свежесть водицы войдёт скоро серый туман. Я в горы бегу, чтоб увидеть как ты наполняешь кувшин, в котором томится хранитель - неведомый сказочный джинн. Его отпущу вольной птицей, не взяв ни монеты взамен. Позволь же воды мне напиться, и вместо него сдаться в плен.
Заколосился дождь с утра. Созрели капли обновленья, приблизив к нам небесный рай. И мир вдвоём стал совершенным. Ловлю губами свежесть вод, лицо под струи подставляя. Склонился низко небосвод... и горизонта нить стальная размылась, уходя в туман. Ты наблюдаешь, улыбаясь, и говоришь мне - перестань, входя невольно в свежесть рая.
Берег песчаной скатертью лёг у подножья волн. Солнце к зениту катится. Замок сооружён. В нём будем жить и ладиться. Сколько песка вокруг! Завтра суббота... Пятница смыла дворец наш вдруг. Снова песчаной скатертью берег у моря лёг. Вновь у меня занятие - строить для нас чертог.
Ночь на ресницах нежится, сном убаюкав милую. Спит ненаглядна горлица, шубкой укрывшись белою. Словно охранник каменный рядом стою не двигаясь. Сердце и мысли в пламени... Светит луна двуликая. Завтра пройдём по саду мы, спустимся к речке бархатной. Снова устами сладкими стих мне прочтёшь Ахматовой.
Привычна и беспросветна сеть уличных лабиринтов. Судьба городского ветра - кружиться в бетонных ритмах. Но мне надоело... Сяду на поезд, засну на полке. Откроется утром взгляду предгорья изгиб пологий. И сердце забьётся в ритме любимых кавказских песен. Попутным свободным ветром на родине буду встречен.
Небо ли обновляется ночью, когда не спят звёзды, луна ли, странница, смотрит из-за серпа... Что-то случилось с водами. Мир изменился вдруг. Слово ли стало поводом, или хрустальный звук тайны вселенской... Юную вижу опять тебя. Мир обновился, думаю, чтобы любя влюблять.
Тенью мечта ускользает. Я не спешу за ней. Скоро вернётся ведь, знаю, ляжет у ног - владей... Снова шагну в неизвестность - в мир теневой луны, где попаду неизбежно в сети её игры. Мне подсказали, что солнце может развеять миф - в полдень на время свернётся призрак моей мечты. В свете реалий увижу тайны пустое дно. Но мне фантазии ближе... в них я навек с тобой.
Ты сказала обидное слово. Не засну. Ночь уходит покато. Слышу звуки далёкого стона. В лес спешу, но вернусь ли обратно? Плачет кто-то... Возможно - крик птичий. Расплывается время во мраке. Ты сказала... и лёгкой добычей стану я для озёрной русалки.
Задумчивый месяц не спит. По морю проходит неспешно в обитель, где светлая нежность разрушила твёрдый гранит и вечный построила храм во имя любви. О тебе услышит он в тихой мольбе, склонившись к невнятным словам.
В твоей непогоде тону. Сплетаются ливень и ветер в одну штормовую волну. И всё ж... очевидны приметы лукавой и нежной любви. За тучами лучики света умею искать и ловить, как символ немого ответа.
Вечнозелёный рай... В нём не хватает снега. Словно идёт игра с маленьким человеком. Словно не может он вырасти и окрепнуть. Вечнозелёный фон противоречит небу. Вырасти - значит, взять в руки свою ущербность и, опустив глаза, в омут шагнуть лишений, где из холодных зорь выткана сила духа. Не окропить росой там, где тепло и сухо.
Удаляется ночь от рассвета, как бежит от удачи печаль. Я с тобою. Ты - мысленно где-то. Мне же важно и здесь, и сейчас ощутить однородность. Разлука охлаждает горячую кровь. Я стучусь... В заколдованность круга проникаю как мысленный вор.
|
|
|
Сайт "Художники" Доска об'явлений для музыкантов |