|
|
...А Птица-Судьба - несомненно груба. И этика Птицы чертовски слаба. Она не читает скрижали небес. А просто бросает их в чаши на вес. И камни скрижалей всегда тяжелы. Осиное жало острее стрелы. Царапает жалом писец письмена. И в них внесены имена и цена. А вы - давно не интересные друг другу. И другом называться - горькая насмешка. Ваш танец - бесполезное движение по кругу. Толкающих телегу колдунов Орла и Решки. А Птице-Судьбе наплевать на долги. Она нарезает по жизни круги. И крылья ее - как тупая коса, Игла патефона и скрип колеса. На чашах весов - только пепел и дым. И каждый опять остаётся один. Писец завершает свой каторжный труд. Часы по пластинке когтями скребут. А мы - давно не интересные друг другу. И другом называться - горькая насмешка. Наш танец - бесполезное движение по кругу. Толкающих колёса колдунов Орла и Решки.
Как немного осталось друзей на защите Тут одних разогнал ротозей, не взыщите. А другие отпали к зиме и пожухли. Вот и их закопали в земле в новых туфлях. Бупурле Бурлопо оседлала клопов Бурлопо Бупурле полетит на пчеле Мимолётно мелками рисуем по небу. С неба падают крошки железного хлеба. Хлопать форточкой стало довольно непросто. И на корточках жалобно скрипнули кости. Бупурле Бурлопо оседлала клопов Бурлопо Бупурле полетит на пчеле
Пить и петь. Старость - это не для слабаков. Осталось - бессильно трясти кулаком. Каждому своё, а значит, Пусть неудачник плачет. Даже, если воз поныне там, Прикажут, обяжут платить по счетам. Каждому своё, а значит, Пусть неудачник плачет. Бедность - это вовсе не порок. Последним глотком не надышишься впрок. Каждому своё, а значит, Пусть неудачник плачет. Новость - повторяется опять. Слоновость слону будет в лавке мешать. Каждому своё, а значит, Пой, и никак иначе.
В раскалённый гудрон закатать запятые и точки, Чтобы стрелы подошв собирали приказ по крупицам. Мы шагаем по тропам, сминая торчащие кочки, Позволяя асфальту в затылочных снах закрепиться. Пыль дымится гудроном - шагай и зачитывай коды, Тротуарный гипноз заставляет шататься природу. Там, под коркой дорожной, шуршат алфавитные соты, Излучая сигналы сквозь обувь в подкожные ткани. Поднимаются вверх директивы, запреты, и квоты, Заставляя деньгами позвякивать тихо карманы. Пыль дымится гудроном - шагай и зачитывай коды, Тротуарный гипноз заставляет шататься природу. Наши пятки целуют застывшие точки мишеней, Чтоб извилины помнили звуки падения сосен. И мосты тротуаров - ведущий к двери перешеек. Там за шаткою дверью маячит - конечно же, осень.
Во времена всеобщей лжи, Послушать надо падежи. Винительный задаст вопрос, Предложный - встанет во весь рост. А именительный - молчит. Творительный - уже не щит. Родительный бесплодным стал. И дательный - давать устал. Реанимация нужна. И звательный зовём со дна. Зовём на помощь в небеса. В лесах лиса боится пса...
Я скучный человек, И что мне вам сказать? Я выбиваю чек. На новую кровать. Глаголы моих дел Рифмуются легко. Диван я пропердел. Воинственным очком. Долой метеоризм! Такие вот дела. Известный эвфемизм - Закусим удила! Размеренный режим, Работа, телик, сон. Немножко Голден Джим - И весь аттракцион. В компании попить Пивка у гаража, И можно дальше жить, Почти что не жужжа. Я скучный человек, Спокойный, как трамвай. Простой, как чебурек. Доступный, как вай-фай. Но завтра - звёздный час. Бесплатный миллион. Покрашу тарантас, Поставлю домофон. А что ещё хотеть? Простой обычный чел. И порох отсыреть - Пока что не успел. Такой же, как и все. Штампованный герой. Гуляю по росе, И сам я под росой. Какая ни возьмись - Беру на карандаш... (Известный эвфемизм, Который не продашь.)
Сходить бы на Парад Часовщиков. Купить бы по букету сорняков. Фальшиво улыбаясь, возложить Букеты, и слезинку обронить. Сгоняя тучи ватные с небес, Швыряется дождями мелкий бес. Титана-стеклодува попросить Темнеющую сферу не гасить. А с новой силой свет зажечь Вдали закат похож на печь. Космическую ткань колышет мрак. Оставлен остывающий очаг. Титан ответил - Будет новый свет. И камнем стал ещё на сотню лет. Пал камень головою с плеч. Закат - как жертвенная печь. Сходил бы на Парад Часовщиков. Купил бы по букету сорняков...
Этим инструментальным треком завершается первый период проекта StaROveR. Он описывает грядущие времена, которые оба пророка характеризуют как Чёрные.
Солнце с той стороны, А перед ним - половинка Луны. Диск танцевать устал, Это затмение августа. Строки песен - в тени, Да и не только они одни. А голова пуста. Это затмение августа. Голос шипит иглой, Спит Граммофон, кивая трубой. Песня его проста. Это затмение августа. Круги трубы и пластинки Напоминают затмение августа. И подчиняясь инстинкту, надо искать поспокойней места.
|
|
|
Сайт "Художники" Доска об'явлений для музыкантов |