|
|
Аптекарь разлил по флаконам рассвет, Из них потекли ручейки старых слёз. По комнатам стелется дым сигарет, Вращающий диски молочных желёз. Шум проводов утихал. И воцарялся астрал. Рецепт пирога подсказала Луна. Добавила слёзы и первую ночь. Мука, серебро - и его седина. Да уголь. И тщательно всё истолочь. Старый аптекарь устал. Всё погрузилось в астрал. В камине горели чужие грехи. И гас, улетая беспомощный крик. Под шум ручейков вышли петь петухи. Забытый паяц доедал свой парик. Через пустующий зал. Песня уходит в астрал.
В летаргический гипноз Благородный Карлик-Нос Погрузился, как в туман, Словно был безбожно пьян. С каждым годом седина Обнимает, как жена. И во сне в его руках - Два интимных кошелька. Он забыт, Но он живёт, Завершая оборот. Сны идут, А он всё пьёт. Свет в тоннеле не зовёт. Он как эхо старых дней, Как заброшенный музей. Каждый вдох его - конец. В башмаках его - свинец. Время стёрло все следы, Но он помнит вкус еды. Охраняет пулемёт Дни и ночи напролёт. Он забыт, Но он живёт, Завершая оборот. Сны идут, А он всё пьёт. Свет в тоннеле не зовёт.
На белой веранде у края Земли Стояли часы и куда-то вросли. Профессор механики, мастер Нулей, Сказал: "Наливайте чернила смелей". Не в чашках фарфоровых пела вода, Которая не остывала всегда. Она говорила: "Мы все сочтены, Мы - левый карман у глухой тишины". Профессор достал из цилиндра перо, И бросил его в золотое ведро. Ведро отозвалось серебряным лаем, Мы это движенье умом осязаем. А птицы летели хвостами вперёд, И каждый берёг свой единственный лёд.
Эй, шут! Колпак прострелен в трех местах! Несут, Заклеить дыры на висках. Качни Свой колокольный язычок. Верни Свой отличительный значок. Ты больше не избранный, Ты - рядовой. И стих твой неизданный - Перед тобой. Эй, бог! Твой дом пустует много лет! Ходок, Устал идти за небом вслед. Качни Свой колокольный язычок. Верни, Что ищет праведный ходок. Он больше не праведный, Он - домовой. И дом, что оставил ты - Больше не твой. А шут? - Его унесут.
В кармане дырявом горит документ, Лицензия странная на эксперимент. Дымится земля, как старый костёр, Вдыхай этот запах - как он остёр! Лицензия на курение навоза, В трубку забита последняя доза. Горький дым в груди, Вдыхай, сиди, Оставь всё позади. Вчера был король, а сегодня я шут Свобода и ветер, пряник и кнут Поёшь в пустоту ожидая ответ А в трубке навоза почти уж и нет. Лицензия на курение навоза, В трубку забита последняя доза. Горький дым в груди, Вдыхай, сиди, Оставь всё позади. Смех сквозь слёзы, слава лишь дым. И каждый казался себе молодым. Где воздух - товар, играет фагот. Лицензия выдана ровно на год. Лицензия на курение навоза, В трубку забита последняя доза. Горький дым в груди, Вдыхай, сиди, Оставь всё позади.
Во времена всеобщей лжи, Послушать надо падежи. Винительный задаст вопрос, Предложный - встанет во весь рост. А именительный - молчит. Творительный - уже не щит. Родительный бесплодным стал. И дательный - давать устал. Реанимация нужна. И звательный зовём со дна. Зовём на помощь в небеса. В лесах лиса боится пса...
В пространстве под номером девять и пять Шары разучились себя вычислять. Они вылетали наружу сквозь дым, И каждый казался себе молодым. Но плоский квадрат, что лежал на полу, Привык доверять лишь сухому числу. Он крикнул: "Спасайте симметрию стен, Поющих про ветер больших перемен!" Стыдливо шары превратились в песок, Который заполнил восточный носок. И чей-то ботинок, забыв про закон, Ушёл через крышу на синий балкон. Там не было пола, но был горизонт, Который открылся, как шёлковый зонт. Для куба действительность слишком суха. И Вий издыхает под крик петуха.
Торгашеского духа не вытравить никак. Одолевает скука, предвижу каждый шаг. Какой сегодня праздник, спроси бомжа в пыли. И удивит проказник: отвечу за рубли. Такое время стало, за деньги дружит люд. Позолоти металлом билет на божий суд. Ударозвонким бошкам, встречаемым в пути, рублю мозги в окрошку, что Господи, прости. Торгашеского духа не вытравить никак. Одолевает скука, предвидя каждый шаг. Такое время стало, за деньги дружит люд. Позолоти металлом билет на божий суд.
Мимо меня не едут машины. Что-то воняет, запах паршивый. Под кирпичами спит выпивоха. Рядом с бичами очень неплохо. Дышать, тихо и спать. Спать, и не мешать. Точка кипенья ниже земли. Тихое пенье, люди в пыли. Звук паровоза будит собак горы навоза это табак С утра топится печь. Пора трубку зажечь.
|
|
|
Сайт "Художники" Доска об'явлений для музыкантов |