|
|
Любовь и ревность полегли Давно на поле ратной брани, Какой уже виток земли Из штопора выводит память. Но свет дотла сгоревших лет Ещё блуждает по Вселенной, И пылких снов счастливый бред Сбивает с ритмов повседневность. Скажи, чего ещё желать, О чём молить святого беса, Пока хранит речная гладь В душе покой и равновесье? 26.02.2007г.
Заблудился в лугах Спутник бога Сатир. И стоит на рогах Неприкаянный мир. Серпантином дорог Вьются кудри бродяг. Возводили чертог, Да всё вышло не так. А из мутных озёр Воду пьёт чернотал. Высекает гравёр Жгучий профиль из скал. А из вымени лет Бьёт ключом молоко. Стрелы чтят арбалет И взлетают легко. Вымыт солнцем лозняк В заводях облаков. Справил шубу скорняк Ветхим снам берегов. Пошил платье портной, Да из чистого льна. Всюду пахнет весной. Ух, малышка сильна! Вышла к речке нагой Белы ножки купать. Острый меч под водой Больно милой ступать. Да вошла в неё вся, Изогнулась лозой. И взметнулась роса В небо пышной косой. Ты несись во всю прыть Мальчик-ветер гонец, Чтобы ставни открыть И расплавить свинец. В лютом сердце сквозняк Запекается кровь. Чуешь мощами как Пробирает любовь!
Взять, загадать желание... Что там у нас с погодами? Что ни любовь - заклание, Шутки сердец с природою. Дурь из ума не выветришь Хоть бы и настежь форточки... Сколько девиц на выданье, Да мужики все сволочи! Впрочем, какая разница? Встать на горох пред вечностью... Каюсь, душа - развратница Спелась взахлёб с беспечностью. Мне бы слезу... вполголоса С Богом уладить трения, Рвать в исступленье волосы, Отче, простите... гения. Только куда там к лешему На сквозняках истории Нет покаянья грешному, Сколько бы мы ни спорили, Сколько бы мы не верили - Вечно ли быть изгнанником? Только не стоит первому Сеять святую панику. Всё обойдётся. Видишь ли, Круги орбит незыблемы... Дурь из ума не выветришь, Ибо кругом извилины... 24.06.2009г.
Этюд размытый каплями дождя, Такое не напишешь акварелью. И, значит, буду рисовать тебя Пастелью. Засяду без мольберта до утра, Чтоб сделать только первые наброски. Но поиск гаммы цвета, как игра В напёрстки. Её не так-то просто угадать - Не всё законам писанным подвластно. Но всё, что помогает исцелять, - Лекарство. Что, будучи счастливым, не поймёшь - С тем, будучи несчастным, породнишься. Бывает, даже чувства, что живёшь, Боишься... Пора. Готов набросок. На столе Неряшливо разбросаны планшеты. Этюд дождём размытый на стекле И лето.
Вчера попал в большую перестрелку И стал героем, в паспорте печать. В Военкомате подполковник Белкин Мне будет орден с грамотой вручать. Он мне плечо сожмёт медвежьей лапой: "Ну что, сынок, наверно рвёшься в бой?" И я отвечу: "Да, конечно, папа, Всю жизнь гонюсь с берданкой за судьбой!" А он мне скажет: "Что твоя берданка? Возьми АК, а лучше пулемёт. С таким обрезом ни одна крестьянка С тобою на край света не пойдёт!" Четвёртый раз прочтёт устав и библию, И в сотый раз запнётся об меня: "Опять этот со вражеской фамилией! А ну-ка, Беспросветных, дай огня!" И этот даст огня из всех орудий, Он хоть и с высшей школой, но дурак. И ещё долго небо помнить будет Геройский наш салют, как добрый знак. Видеовариант песни 5,9Мб
годы я не знаю чьи вы кем я буду призван в небо свыше ветер дай по духу силы жизнь не в насущном хлебе вижу эхо я не знаю чьё ты кто всё раструбил по свету громом кто мне предсказал все взлёты срывы записал на ленту комом в небо я смотрю как воду кто я и зачем вернулся словно кто-то б мне вернул свободу если б мир перевернулся снова годы я не знаю чьи вы кем я буду призван в небо свыше ветер дай по духу силы жизнь...
Пусть будут боги, принцы и цари, Останусь гордым, нищим и веселым...
Смотри-ка дождь плюётся от тоски. Вот негодяй, какого он рожна? Ведь мы не станем напрягать мозги, Чтоб разобрать какие там тона... Припев: Гризайль, оно те нужно рисовать? Гризайль... На сером серую тетрадь. Гризайль под звуки этого дождя. Гризайль! Да никого теперь не жаль. Запущен в ход прекрасный ГЗОТ любви. Как женщина открылась наша цель: Крутись себе, нормальненько живи, Получишь деньги, славу и постель. Припев: Гризайль, оно те нужно рисовать? Гризайль... На сером серую тетрадь. Гризайль под звуки этого дождя. Гризайль! Да никого теперь не жаль. Садись дружок в мой новенький авто, Поедем-ка культурно отдохнём. У нас пророков нет, но есть зато Печаль, что не по кайфу мы живём. Припев: Гризайль, оно те нужно рисовать? Гризайль... На сером серую тетрадь. Гризайль под звуки этого дождя. Гризайль! Да никого теперь не жаль. Осенний дожь смывает кровь с руки. Плоды бессонниц - хрупкие слова. Но ведь никто не умер от тоски... На тополях лишь жёлтая листва.
Я уду сквозь шеренги ночных огней, Я уже не могу забывать о ней, Я уже не пытаюсь прикрыть свой срам Для одетых и сытых я просто хам. Я пытаюсь найти с ними общий язык, Я давлю на их психику через крик. Я ударил по огненным струнам дня, Но они не хотят понимать меня. Они ловят свой кайф, потребляя бензин, Ставя раком наездниц своих машин. Убивая любовь безотказным да, Они - наша победа и наша беда. Они держат в руках обесточенный мир, Они совесть эпохи, тепло квартир. Они липкая память о выжженных снах, Они вечный огонь на семи ветрах. Мы летим друг за другом, давя на газ. И нет силы такой, чтобы сшибла нас. Мы - безумная вера в своих богов, Мы - одна переправа, где нет берегов. Мы - точёная совесть, отлаженный ритм, Нам веками вбивался один алгоритм, Но ломая шеренги космических дней Иногда всё же мы вспоминаем о ней.
В бухте ветер полоскал полотна Буйных празднеств бесшабашной жизни. И судьба на крыльях перелётных Подарила взгляд без укоризны. Золотом летят слезинки с неба, Кляксами расплылись по бумаге. Так приятно пахнет тёплым хлебом, И легко на сердце у бродяги. Вот она - твоя святая правда, Да лежит в ларце с семью замками. И когда пойдёшь кругами ада, То найдёшь её под облаками. Золотом летят слезинки с неба, Кляксами расплылись по бумаге. Я ещё таким счастливым не был, Ощущая боль при каждом шаге.
Бродил Иван по полюшку От колышка до колышка, Делился с красным солнышком Своей нелёгкой долюшкой. Из сказок, да невиданных, Несказанных, не писанных. Злодеев невоспитанных Не хочет он прощать. Искусница-волшебница, Красавица, мятежница На лучшее надеется И, значит, будет ждать. Как пробирает солнышко До самого до донышка. Эх, воля, твоя волюшка - Судьба, да чисто полюшко. И сила молодецкая, Душа с глазами детскими. То нежная, то дерзкая, Она тебе судья. Года твои былинные Как сны пророков длинные, Чудные и невинные, Прекрасные года. Приняв благословение, Лишь наберись терпения. Теперь ты как знамение Рассветного огня. В далёкий путь отправишься, Дай бог и не состаришься. Глядишь, к весне управишься, Но береги коня. Конь землю бьёт копытами, Вдруг вспомнив те забытые, Большие и открытые В тревожный мир врата Так, где она распутица, Твоя шальная спутница? Не верь тому, что сбудется Всё сердцем проверяй. Клубок едва распутаешь, Прильнёшь к земле, послушаешь, Нутром своим почувствуешь, Где самый её край. Скачи Иван по полюшку, Ведомый красным солнышком. Эх, воля, твоя волюшка Испытывать судьбу.
Я вчера ещё был так одинок и болен, Я не верил в слова и бросал их листвой на ветер, Я запутал следы и слонялся в безлюдном поле, Но тогда я не знал о том, что есть ты на свете. Мне казалось, что мир этот должен рухнуть, Оголённые сваи под тяжестью космоса гнулись, Унесённые ветром они были чужды слуху, А любовь и надежда: они друг на друга дулись. И тогда я вдруг понял, зачем для чего я нужен. Загорелись костром бесполезные формы и знаки, Я узнал, по какой цене достаётся дружба, И о том, что любовь не о том, что на поднятом флаге.
Нет, никогда моей, и ты ничьей не будешь. Так вот что так влекло сквозь бездну грустных лет, Сквозь бездну дней пустых, чье бремя не избудешь Вот почему я - твой поклонник и поэт! Здесь - страшная печать отверженности женской За прелесть дивную - постичь ее нет сил. Там - дикий сплав миров, где часть души вселенской Рыдает, исходя гармонией светил. Вот - мой восторг, мой страх в тот вечер в темном зале! Вот, бедная, зачем тревожусь за тебя! Вот чьи глаза меня так странно провожали, Еще не угадав, не зная... не любя! Сама себе закон - летишь, летишь ты мимо, К созвездиям иным, не ведая орбит, И этот мир тебе - лишь красный облак дыма, Где что-то жжет, поет, тревожит и горит! И в зареве его - твоя безумна младость... Все - музыка и свет: нет счастья, нет измен... Мелодией одной звучат печаль и радость... Но я люблю тебя: я сам такой, Кармен. 31 марта 1914
Маленький гномик с улыбкой восторженной Вертится, кружится как завороженный. Гному смешно, ему даже не верится, В то, что когда-нибудь всё переменится. В то, что когда-нибудь думы залётные, Мысли прогонят его беззаботные. В то, что печаль происходит от радости, В то, что и горькое может быть сладостью. Маленький гномик живёт в своём домике, Прямо у речки на крохотном холмике. Гости из сказок в него тоже вхожие, Чем-то знакомые, но непохожие. Гном угощает их тёртою сливою, Лакомство к месту и гости счастливые. Только вот льстить и бесстыдно куражиться Здесь никогда и никто не отважится. В лес по дровишки на утро отправится, Всё ему по сердцу, всё ему нравится. Все языки уже с детства знакомые, Льнут к нему травы почти невесомые. Здравствуйте, сосны, большие великие, Здравствуйте, ивы, плакучие дикие. Здравствуйте, солнце, прекрасное жгучее, Здравствуй, крапива, сухая колючая. Маленький гномик поёт свои песенки, Сидя с Алисою прямо на лесенке. Очень уж гномику девочка нравится, И он особенно как-то старается. Шасть только вниз, и с улыбкой восторженной Вертится, кружится как завороженный. Гному смешно, ему даже не верится В то, что когда-нибудь всё переменится.
Не жги подмостки мой герой, Мы вновь увидимся с тобой. Сыграем песню про любовь, И пусть вскипает в жилах кровь. А знаешь, как охота жить, Перу и музыке служить, На крыльях по небу кружить, И колдовать и ворожить. Не плачь неловкий мой трубач От этих мелких неудач. Не жми на клавиши судьбы Они по-прежнему грубы. Пусть будет дождь как водопад, А ночь длиннее во сто крат, Ведь под покровом темноты Так ярок серп твоей трубы. И пусть дорога в никуда, И не туда ведут года. И хорошо не там, где мы, И девять месяцев зимы. Всё одно жизнь в одной строке И при деньгах и налегке. Кому смеясь, кому в тоске Сам бог гадает по руке.
Студенчество - былые наши годы, Теперь другая жизнь, иной расклад, Но по законам матушки природы Всё чаще возвращаемся назад. Всё меньше верим, реже доверяем, При встрече долго ищем что сказать. В какую-то игру с собой играем, Не понимая как в неё играть. и т.д.
Ведомый великим батыром По небу плывёт караван. Закат, распростёртый над миром, Нырнул с головой в океан. Он поднял тяжёлые руки, С собою сравняв горизонт. Щемящее чувство разлуки По сердцу проходит как зонд. Обшивка стального покроя Шуршит и трещит как лавсан. Кипящая жгучая воля Взбугрила винтом океан. Огнём золотится дорога, Корабль прилёг на корму. И ветер попутный в подмогу, Отводит шальную волну. Что друг, ты ещё на причале? Лелеешь смешные мечты. Моряк, не забудь о штурвале, По курсу кораллы и льды. Здесь наши мирские проблемы Никто и не примет всерьёз. В кильватер безумное небо Врывается с брызгами звёзд. Из тысяч известных пророчеств Не склеишь себе ни одно. А ливни глухих одиночеств К утру перебродят в вино. Каскад мимолётных видений Проносится в душах людских. Какое из двух отражений Останется в гладях морских?
Под глазами не сошла Просинь. Как ты вовремя пришла, Осень. Головёнку не клади Низко, Злые вьюги и дожди Близко. На мышей с небес окрест Милость. Хоть какая-то, да есть Живность. Не трави её браток Дустом, А то выйдешь за порог- Пусто. Ты так часто не чихай Звучно, Телевизор выключай- Скучно. Слишком громко не бранись- Страшно, Ведь не всем сорвала жизнь Башню. Не пиши, пока я сплю, Стансы. Эту осень я люблю Страстно! И хотя кажусь другим Типом, Иногда дышу с таким Хрипом. Не криви душой, скажи Честно, Как-то телу без души Тесно. Где ж для вздоха во всю грудь Воздух? Как вздохнуть, да не задуть Всполох? Божьим даром видеть свет Грейся, А над тупостью сует Смейся. Как нас ветром перемен Било, Пусть сметёт наш душный плен Сила! Как под вечер без вина Зябко, Знать пришла опять хана Тряпкам. Обратился к небесам. Что же, Равнодушен он к вещам Тоже. Но мне по сердцу, друзья, Осень. Ведь не ждать её нельзя В гости. И хотя ночами сплю Часто, Всё равно её люблю Страстно!
Месяц кочует по звёздным домам, Город реликтовый как фимиам. Молодость - рифма к разгулам ночным, Страсть измеряется жестом одним. Праздники маршем идут по прямой С дико приподнятой вверх головой. Медь по карманам в режиме нуля, И как бескрайнее небо земля. Время скроили из тысяч слогов Родом, как будто, из разных веков. Рай променяли в бреду на огонь Тот, что безумцы кладут на ладонь. Память души тяжела как гранит, Тянет к земле - будто в пропасть глядит. Сонное царство пустых площадей - Жизни осколок твоей и моей. Вот уже близко заветная даль, Руку протянешь, а в сердце печаль. Так и стоишь разделив горизонт, Будто бы завтра в шинель и на фронт. Как лик надежды большая луна Стрелы дорог да на все времена. Как заклинанье весны круговерть, Жизнь побеждает вчерашнюю смерть. Месяц кочует по звёздным домам, Город реликтовый как фимиам. Молодость - рифма к разгулам ночным, Страсть измеряется чувством одним, И разбивает сплетение рук Вдруг разорвав этот замкнутый круг, Бьёт родником из под вечных снегов Словно река между двух берегов.
Хорошей бочке мёда - ложку дёгтя, Отпетому мошеннику - медаль, Индивидуалисту - чувство локтя, А безграничной радости - печаль. Кому и цепь длиннее - это воля, Кому и жизнь - как прикуп в преферанс, А кто-то - просто перекати-поле, Катящийся по свету дилижанс. Дорога - это встречи и разлука, Прощание - короткая глава. Стрелами в небо пущены из лука Последние ненужные слова. И снова поле, снова встречный ветер Разворошит копну ржаных волос. Уже вот-вот сольются силуэты С грядой вдали белеющих берёз.
Полетели птицы на восток, Этот путь ни близок, ни далёк. Этот путь неясен никому, Может быть лишь ветру одному. Я смотрю на стаю из окна. На гитаре лопнула струна. Лёгкий гриф как будто бы живой Со стены качает головой. За стеной такая же стена, А за ней высокая луна. За луной далёкие миры, Но их свет не виден из дыры Той, где я сегодня нахожусь. На морозец выйду простужусь. Заболею насморком и ты Мне наложишь на рубец бинты. Я в ответ тихонько улыбнусь И хандрить по-детски разучусь. Ты мне скажешь: "Ну, ты, брат, герой!" И воскреснет солнце надо мной.
Бывает, неустанно рвёшься в бой И жжёшь мосты, опережаешь время, И оставляешь бездны за собой, Не веря в то, что в жизни неизменно. Но в час иной, когда уже устал, И не видать просвета, только тени. О как бы сердцем я тогда желал Перед тобою рухнуть на колени! Прощения просить за всё за то, В чём... Господи, за всех просить прощенья! За то, что к этой истине простой Идём и не приходим, а сомненья Порою душу скорбную гнетут - Вдруг, правда, зря испытывал терпенье? И перед теми, что свой крест несут, Как перед богом попросить прощенья.
Под снегом жёлтая трава, А под травой земля и глина, А ниже - смутная картина И специальные слова. А выше снега - доктор Брут Лежит и хлопает ресницей. К нему коллеги из больницы По следу свежему идут. А выше Брута - облака, Брут вниз лицом - и их не видит, А снег идёт, а снег-то сыпет, И мёрзнут уши и бока. Кружит над облаком луна, Потом чуть видимые звезды... А что за ними? - Доктор, поздно! Вы где? - И снова тишина. Ему приснился длинный мост Ведущий к знакам Зодиака, И вдруг залаяла собака, Как будто где-то выше звёзд...
У пристани стоит тот старый дом, Где печь сквозь крышу смотрит в небеса. Мне даже показалось, будто в нём Ещё живут родные голоса. И я вошёл. Какой-то странный звук, Как будто кто-то ждал меня внутри. Он словно что-то выронил из рук, Замешкавшись на время у двери, И смолк. Не приглашая за порог Присел к окну на жёлтый табурет. Казалось, что смириться он не мог С той мыслью, что его здесь больше нет. А из окна пестрел заросший сад С калиткой, что вела меня к реке, Где я бродил сто тысяч лет назад, Отыскивая что-то вдалеке. И лес, что молчаливо восклицал, Приветствуя меня в своём краю. И целый мир, который открывал, Как юность пролетевшую свою. Уже куда-то шёл, накинув плащ, По просекам, по рыхлому жнивью. И эхо отзывалось мне из чащ Легко ложась на музыку мою. Но что-то приключилось вдруг со мной, Как будто подкатился к горлу ком. Я быстро оглянулся, за спиной Ещё стоял всё тот же ветхий дом...
Эх, вольно Да тесно внутри. Срам гольный, А ты не смотри. Ввысь стебли - Ходи да равняй. Плуг в землю, На стол каравай. Дым в кольца, Трубят облака. Прах солнца Схоронит тоска. Пусть кличет На сердце беду, Пусть свищет, А я пережду. Шум, ругань, Разгул да разврат. Эх, туго, А кто виноват? Сон в руку, Да их не проймёшь. Врёшь, сука, Меня не возьмёшь! Как в пекле Играет душа. Горсть пепла И нет ни гроша. Жуть выпьет Из чарки холоп. Страх выбьет Из сердца озноб. По ком, интересно, Вой диких ветров. И звон поднебесный, Как колоколов? Откуда бы взяться В округе толпе, И этой вот глянцевой В небо тропе? Жизнь - поле, Надежда - рассвет. Эх, воля Была или нет? Ввысь стебли Ходи да равняй. Плуг в землю На стол каравай.
|
|
|
Сайт "Художники" Доска об'явлений для музыкантов |