|
|
В фокстроте февральского ветра, в розовом кварце вечернего неба глаза ловят лекалом дороги молоко бесконечных полей. И прижавшись кораллом щеки к запотевшим машинным стеклам ты напишешь строкой узорной на рубиновой мантии сердца прелюдию вечной весны. Мне присниться начищенный светом горный хрусталь, мне в ладони солнечный улей выплеснет пряное золото, мне воздушная ласка сирени забьется под грудь. Вся печаль - это только незнанье дыхания красок. Пастбищ морских аквамарин, пудра ячменная ветхой пустыни - брат и сестра души, мать и отец одиночества...
Излечи меня от черных дорог в никуда, от грязных обочин, наевшихся трупным снегом, от пустых обновлений весны, где трава словно лед, не жива, не обожжена, лишь припудрена призрачным солнцем. Вещи становятся вещими, когда мы больны. Даль становится долей, когда в сердце умер огонь. Я верю в тебя бесконечно по-детски, смешно, но ведь ты способна сказать моей боли - не тронь, сказать взгляду - свети молнией августа. И пусть вечер нависнет усталой заплатой и разобьется волной о грусти порог, рядом, всего лишь будь рядом, какая великая малость осядет в груди заката на пепле черных дорог.
Когда закончатся слезы дождя, и прорвется черное солнце осени, когда нас оденет сладкий туман октября в догорающих утренних звездах, и смертельная скука листвы заполнит глаза неба, скажи мне, что мы живем, скажи мне, что мы умеем любить, как солнце любит луну. Когда разольются аллеи светом бордо, и мы выйдем к ручью молчанья, напившись соснового ветра, скажи мне, что мы не зря любили бродить босиком по стеклянной росе тайных желаний. Сладкий туман октября под одеждой вновь соберется в жемчуг. Вспомни меня во сне, когда будешь срывать снежный блеск с ткани дождя...
Березовый свет покрывает глаза. Хрустящих кустарников кляксы размазаны ветром. Тихий разлив апрельского неба инициирован солнечной грушей. Леса молва пернатым базаром раскинута. Шелест куплетов травы прошлогодней (карее сено), остановись, сядь рядом, послушай... Лица темнеют, ноги теряют следы, вещи бесформенны, время отброшено в угол. Мята груди через край, облачный дым в волосах - рви горизонты души. Лужиц помол, блюдца мутной воды. Корней выуженных пугало. Шепот тропинок. Скрипучий сарай оврага. Остановись, сядь рядом, послушай... Рощица режется березовым морем. Их было двое. С ними была надежда.
Что ближе, бродяга святой или лица Согретые светом домашних забот? Мы то, что мы мыслим, так мне говорил Какой-то мудрец со страниц своих притч. Я взял себе в толк постель, разоренную Ветром дорожным Под звездной охапкой и вещего леса Мольбу под венец. Бродяга святой в моей стал прихожей, Дал небом согреться. Подумалось в сердце - Отец, Подумалось в сердце - Отец.
Беспокойное время стихов Все сочится влагою стужи, Уходи, не томи за любовь, За душевные ребра наружу. Исписался я в клочья, устал Исповедовать сопли бумаге, Греть холодные дни у костра Из поленьев души-бедолаги. Мне на лоб прилепился туман И в глаза изливается ладом, Я рябиновым соком плевал, Я спивался черёмушным ядом. Как умел разгребал пустоту И в живое закатывал вежды, Я верстал за верстою версту, Чтоб плескать по стаканам надежду. Но напился, наелся, простыл, Опротивел, забился под маты, С языка осыпается пыль, Да гортань распухает под ватой. Я сижу на приеме в любовь Перед богом в больничном халате, Беспокойное время стихов На меня одного ее хватит. Ты живи у других сторожей, Не серчай, забегай выпить чаю, Да стекай маслом солнца с ножей, Что меня рубцевали, прощаю.
Я ушел в запой, Я ушел в запой, Я пил целый месяц, Я пил целый месяц, Все думали я сопьюсь, Все думали я сопьюсь, Но тут я встретил ее, Да, я встретил ее, Она сказала мне, стой, Я сердце твое Забираю с собой. Ее глаза были черны, как ночь, Ее глаза были черны, как ночь, Ее слова были ясны, как день, Ее слова были ясны, как день, И я покинул свое болото, Я покинул свое болото, Я назвал ее - дарящая надежду, Да, я назвал ее дарящая надежду, Она сказала мне о чем-то, И я вспомнил, Что значит нежность. Я ушел в запой, Я ушел в запой, Я пил целый месяц, Я пил целый месяц, Я не знал о любви, Просто, я не знал о любви, Пока она не открыла мне глаза, Да открыла мне глаза, Он сказала, будь с собою честен, И я понял, Что это не зря.
Тонко-кислотная струйка ночи кровоточит в зрачках фонарей. В бумажную стружку ветра капает лимфа луны. Клок отрешенный мертвых созвездий провис до костей неба, цвета заброшенных шахт преисподней. А у стены, расстрелянной гнилью дождя, маячит ржавая дама-смоль, с арфой бескровной через плечо, с судорогой на землистых губах, с нежным настоем из эпилептических трав. Влагой аспидной ноздри по воздуху. Бродит себе и думает: "Кто бы подкинул на чай?" (вскрытой тряпичной веной, пулей в ребрах осенних). Водит от савана тенью, ей же скользит в подвалы души - здесь ли свеча? Дышит ли сердце, набитое теплым свинцом? Я осторожно взгляну ей в лицо, там будет - завтрашний день...
Научи меня ходить по песку, Не оставляя следов, Покажи мне, как ходить по песку, Не оставляя следов, Мне кажется, ты знаешь О чем поет вечерний ветер, Целуя закат. Расскажи, какого цвета огонь Твоих вечерних грез, Нарисуй, какого цвета огонь Твоих вечерних грез, Мне кажется, ты знаешь ответ Кто написал закат Горячей палитрой. Отведи меня вслепую туда Где начинается ночь, Проводи меня вслепую туда Где начинается ночь, Мне кажется, ты знаешь узор Южного сна, Расшитого звездным небом.
Боль, как лекарство от скуки, Грусть, как предтеча новин, Солнце восходит, закатай мне руки В сладкую вязь луговин. Я здесь останусь тяжелым Камнем у крови земли, Полно искать чертей, полна, Ангелы-крылья в пыли. Скользкой росой пригубило, Утро холодный мотив, Млеет на всходах светило, Небо рассветом скрутив. Боль, как лекарство от скуки, Грусть, как предтеча пути, Не отпускай мои руки, Мне от себя не уйти.
Пойдем в дом, Я разведу огонь, Я укутаю твои руки Покрывалом цветущих трав, Я омою веки росой, Собранной ранней молитвой, Я прогоню шум, Весь, до последнего звука, Из музыки тишины... Я буду искать твое сердце Под сенью звездной палитры, Что окна объяла блеском Железного холода ночи... Я разолью вино, Мы будем пить безмятежность Усталых мгновений... Будь проще...со мной... Будь ближе...со мной... Будь нежность...
Где громоздятся берега провисших скал, И Посейдон взбивает пенный омут, Прибоем, Одиссея дух витал, И тень Ясона разносили воды. Где ветра свист, как Прометея стон, Где царь Аид разит проклятьем тлена, Гнездо ночлега Чайка-Робинзон Нашла под сенью сумрака Селены. Где в молотах Гефеста кузня звезд, И Дионис вдыхает бодрым хмелем, Ютилась Чайка-Робинзон, Борея хвост, За крыльями воздушными лелея.
Хоть и платья твои порою черны, словно ночи запруда, Как Матисс, со светом играя, преломлю их в лунные всходы. Хоть слова и эфирны, как ветра стокрылые губы, Я в них скульптором высеку солнца пурпурную тогу. Ты иди лишь, ступай по песку, золоти его мели, Ты шепчи лишь, теплым дождем в сухие пространства. Где кончается ум, начинается разум на вере, Где кончается власть, начинается нежность всевластья. Обреченным на смерть каждый вдох приносит цветение жизни, Обреченный тобой, задыхаться мне жемчугом лилий. И когда осенней печалью теряло лето записки, Между строк, золотом, почерк твой находил я. Меня плел изумрудной лозой по таинствам Вакх, Я плескался в руках мессалин, Эрота проказой звеня, Память - гниль, и слиянием глаз в бирюзовых небесных холмах Не нашел - что мне встретить, чего не встречал, что ценит, ценнее тебя. Сохраняй - уют неба прозрачен, день свеж, воздух сладок; Береги - вечер западом густ, вишней полнится сумрачный сад. Отшумят города, опуститься ночь на прилавок, И я вспомню черное платье и черный его бриллиант.
На степную благодать Песен хороводы, Красно солнце не унять, Дай воды холодной. Золотых ветвей тряпье Пожинает ветер, В иней слякоти бульон, Не дождусь рассвета. По морозной колее Белая метель, Сочный хруст, да лязг саней, Вязкий сон в постель. Развеселая гурьба Сорванцов-ручьев, В цвет забава трын-трава, Роспись под любовь. На степную благодать Солнечная крона, Дорогая, время вспять, Встретились мы снова.
В поле вольном, в поле диком, Солнце градом льет тепла, На густые малахиты Травяного волокна. Мчат зефиры, бьют ключами Ледяные родники, Шевелюрою качают Рощи пышной цветники. Дух грибной и запах ягод, Тянет воздуха приливом, И парит небесным садом Облаков белесых грива. Запинаются тропинки, В островках болотных мхов, И смахнув с листка росинку, Как не верить по старинке В чистый образ детских снов.
Хочу умереть и ожить в твоем сердце Лилией снежной, Чтобы украсить озеро светлой любви. Лишь тонкий шаг к разметке скалы отвесной, Незримый, нежный Шаг, И я распускаюсь, глотая воздух границ твоих. Хочу обрести тайну сна и подарить тебе Хрустальный посох дождя, Теплый прилив заката. Лишь бы заснуть рядом на глубине Ночного огня, Лишь бы заснуть рядом. Хочу воскресить безмолвия храм, Сердец сокровенный угол, Ведь мы же умеем читать по глазам, Мы ближе, чем знаем друг друга.
Чья здесь пуля моя? Чья здесь пуля моя? Чья здесь пуля моя? У смерти не спросишь. Кровью цедила заря, Кровью цедила заря, Кровью цедила заря, Да билася оземь. Ой, не готова душа, Ой, не готова душа, Ой, не готова душа, Да кто тебя спросит. В прах, как слепой урожай, В прах, как слепой урожай, В прах, как слепой урожай, Листьев по осени. Сердце приняла земля, Сердце приняла земля, Сердце приняла земля, Да в травы застила. Чья здесь пуля моя? Чья здесь пуля моя? Чья здесь пуля моя? Да кто ж знает, милый. Чёрны потухли глаза, Чёрны потухли глаза, Чёрны потухли глаза, Беззвездною ночью. Знать нацедилась заря, Знать нацедилась заря, Знать нацедилась заря, Крови проточной.
Рассветная магнолия сияла диадемой. Сандал с волос струился на утреннем ветру. Ты одевала пояс из весенних роз. Ты восхищенно пела. Растаявшим туманом багреца с щек капала мелодия росы. Ты охраняла сны несбыточного лета. Ты собирала пеньем с жемчужного венца рощ северных дыхание живое. Ты разливалась морем струн хрустальных. Душистая корица на устах осыпалась зарею - ты целовала ветер. И холод спальни, холод стен и рам легли к твоим ногам, к ногам несбыточного лета, к дороге в никуда из края юности наивной и печальной...
Как не загнать души да не выгореть, Все застать зарей да не пасть в закат, Не своей ища скупой прибыли, А на размах полей по сердцам ковать. Как не вырвать глаз да все разглядеть, По любви одной век точить ножи, Шумной осенью за листвой гудеть Да дождиной течь под наклон души. Моя братия беспробудная, Вас ища в толпе, как не стать толпой, Как не выплеснуть влагу блудную, Той единственной сладости ночной. Как простить себе обещания Бросить пагубу да заносчивость, Как не сбить о боль круг дыхания, Знать о том с руки одиночество. Много дел кипит, в котле плавится, Много дней жужжит полднем августа, Только встать бы в тень да расслабиться, Рукавом небес все управится. Истина ль в вине, истина ль в семье, Эх, душа моя, черт там разберет, Перед смертью все мы наедине, Лишь в замочной щели счет ведет Господь.
Где-то стонет вечер от костров закатных свеч, Ветер упадет воздушным шелком с утомленных плеч, Там раскроет небо парусник ночного бденья, И заплачет, как младенец, дух проникшихся огнем. Мирра от слезы луны туманной растворяется в воде, Сыро, это дождь, разлучник-дождь, под ноги стеклится, но мне, ясно при твоем учтивом свете, моя заблудшая капель, пойдем. Мера, что отмерил пригубил по праву своих дел, Белый дым растаял, серебро ночных свечей раздел, Эти звезды, словно капли ледяного ветра, Что припали к тишине ночного неба сном богов. Я здесь остаюсь ночным свиданием холодной крови, Праздность, распевая колыбельною ночного вора, я украл покой дыханья, я взрываюсь под дождем, ты верна мне кротким боем, моя любовь-цыганка.
Дай мне огня, Развяжи мне руки, В моих жилах пророчит любовь, В моем горле застывшие звуки Стихов Резьбой впиваются в тело разлуки, В вечную память о временах Солнечных роз и поющих молитв. И если болит, значит живо, И если по жилам Имя твое Бьется в агонии, Только скажи огню, Только порви веревки, Я сгорю, Я разброшу объятья На тысячи миль За твоей одинокой крылатой заботой. Дай мне огня Свободных ладоней, Дай мне право Любить.
Давай разведем теплым медом Настойку холодной зимы, Давай укутаем руки в огонь Поэзией памяти летнего сада, Сбежим от раздавленной, мертвой природы Простуды луны, Пойдем на поклон К горячему сердцу любви. В ночном шоколаде Растопим звездный коктейль Да выпьем искрящую жизнь Глазами святого безумья. Поверь, Тем, кто познал лучистое в сердце Небо само прорисует Тепло акварели на вышивке льда, Тона сокровенных цветов Преступной солнечной мессой.
Выйди на улицу и помолись Могильным плитам многоэтажек. Глотни вина И вдохни свежей пыли дорожного бреда, Как солнечной манны. Сегодня такой прекрасный день, Чтобы забиться в улей Прокуренных баров. Сегодня все будет иначе, Сегодня все будет не так, как всегда. Наслаждайся самообманом, Несчастная жертва внутренней пустоты, Ведь скоро мы все умрем, А возможно тебя уже нет, Лишь присутствия тень обличает твой след На холодном грунте любви. Душа вдребезги, сердце к стене, Сегодня ты обретешь, Еще одну порцию лжи Для нового вечного завтра.
Солнце садится. В гаснущем взоре Тает шлейф горизонта, Алой пыльцой Оседает дня завершенность. Выжито небо. Слезы дождя Сбились в ручьи, Свежесть листвы Благоухает на сердце. В жемчуга небесные Разодетая, Тишиной соборною Подпоясана, Благородная жрица-ночь. Рыскает ветер. В трепете волн Сходит на берег, Прибоем ведомый, Дух одиночества. Из ножен златых - девять стрел, Сердцу - стрела любви, Разуму - мудрость, душе - добродетель, Духу - доблесть, пять из остатка В щедрость мою, для врагов. В жемчуга небесные Разодетая, Тишиной соборною Подпоясана, Благородная жрица-ночь.
Я дитя rock-and-rolla, Я мотив естества, Моя хмельная морда Вам натерла глаза Дикого солнца ухмылкой, Песней хромой дворняги, Моя душа из ссылки Смеется над вами, бедняги. Сватайтесь блудные жрицы, Я вас вознес на алтарь, Мне в эту ночь не спится, Я ваших звезд звонарь. Крой моя сокол-мелодия Желтый огрызок луны, Моя больная порода Бредит в мирные сны. Я дитя непогоды, Плачь над моей судьбой Дождь, я твои воды Жаром солью в вино. Кружится над головою Ветер-скрипач, да туман, Не призывайте к бою, Я для сраженья пьян, На простынях утопла Моя победная рать, Небо сложило копья, Выдохлась песни стать. Дай же проспаться в горе, Дай мне очнуться в свете, Не вспоминай о боли, Не призывай к ответам Это дитя rock-and-rolla, Оно сорвалось с петель, В спину вольному воля. Ветер стучится в дверь, Утро взрывает город, Снег моросит опилками, Мысли праведной голод Вновь расстилает носилки Перебинтованной жизни, Да переломанной вере, В сердце любовь провисла, Значит опять запело.
Горькая луна На чернеющем смоге Выжгла бледный шар, Да окислилась в свет. Руки у огня, Холодное море Звездных петард, Да пьяных комет. Линия судьбы Искривилась дорогой, Слог позеленел Изумрудной листвой. Реки, да мосты Впиваются в ноги, Опять не успел Дойти до весны.
Пусть накипью струится ночь немая, я разорву молчание восходом чутких губ. Пусть грязным снегом плачет зимний берег, я радостью прольюсь из плоти жарких рук. Пусть задохнется нежным лаем пульс и распускает пьяный веер дыхание, растерзанного в культ... Допью до точки, нервом дна узнаю, в союзе твоих возбужденных глаз любви единой путь, прекрасной смертью собственного тела.
Не подкупна и сурова, Откровенна и пряма, Моя дальняя дорога, Что на сердце вскорь легла. По изгибинам и кочкам, По косматым терньям рощ, По бурьянам непроточным, Убегая лентой в ночь. Зазывая вдаль лукаво, Расстилая горизонт В солнцедышащей оправе, Швом, скрепившим синь высот. Смотрится в свои узоры Над туманами полей, Опоясавших просторы, И влечет соблазном с ней.
_____________________
Прах мой - земля, Глины, обтесанный ветром, ломоть, Солнцем вдохнувший движение. Страстью, В самосожжении, Сердцем коплю любовь, Чтобы найти тебя...
Душа ее - Атлантида, Косы ее - травы цветные, Губы ее - душистые маки, Имя ее - в свете хранимо, Во сны расписные окутано, Лунной тропинкой во мраке Ночи излито, начертано. Звезды приветствия шлют, Ветры несут восхищенье, Утро возносит рассветами, Ту, о которой поют Гончие псы вожделенья. Страсть - ее родитель, Радость - ее потомство, Сладость течет по устам, Когда любовь обитель В сердце ее найдет, Чувством, созвучным нам.
Связало тишину узлом видений сонных Крыло ночное, выползла наружу Луна из черной преисподней Полотна́ вселенской стужи, И замерцал далеких солнц небесный караван, Узорный ряд выстраивая статно Созвездий, судьбоносный океан Ложится на судьбу, пронзая воздух ватный Холодною зарей, в пустыне бессловесной Гуляли духи по градам и весям Сказаний древних о победах ратных, О государях-самодержцах, родом знатных, Под облаками летописной пыли Стирая грани вымысла и были. Земля эта стонала кровью в частый год, С тем плодородием блаженствовала редким, И поедал кровавый хлеб народ С полей прожженных бранью, с пашен ветхих. На той земле жила одна душа, Дитя не принятое бледной тенью мира, Законов непрочитанный скрижаль Молчанием в себе она носила, По тем законам жило божество Цветных лугов, полей золотоносных, Озер хрустальных, встрепанных лесов Десницей света в малахитовые косы. По тем порядкам таинство жило́ Лазурных сводов в снежных изваяньях Небес, и запеченное чело Соломенного солнца на бурьянах Могучих горных линий, ветров станы, Дышащих на равнинах полной грудью, И в их потоках жизнь свою листала Душа эта тоскою беспробудной. Стальные веки слипшихся глаз Пеленою желчных слез, На порванный в клочья сердечный каркас Художник мрачный нанес. Писал любовь, писал красоту, Но дрогнула кисть, вот снова Потрескался холст, прибилась к кресту Печать вдохновенья живого, Распятая, гибнущая простота, Ты дикое ныне создание, В дождливой трясине погрязла весна, Смердит от наитья, изгнанье Художника слякотью вязких чернил Малюет заплывшее небо, Царапает море, проросшее в ил Бесчувственности, плетью нервов Души одинокой он изгнан на суд, На этой земле давно уж не ждут Костров живописного пламя, И пеплом художник над нами Ссыпается в опустошающем тлене, Природа мертва, природа молчит, Сжирая уныньем творения гений, Художника штрих кровоточи́т. Под бубны грома, под трубы дождя, Танцует земля, поет борзый ветер, И токами штормы о борт корабля Стегают древесные плети. Прогнувшийся лес ломится по швам, Трясет стволинами косм, Швыряет прелью землистый хлам, Рычит, обнажая погост Своей кладовой, на тысячи миль Застольем корпит непогодь, Гуляют бураны, кутит водевиль В артериях горных вод. Дождиной оброс небесный скелет, Ломтями туч рисуется грузно, Ненастье глядит в черномазый рассвет, Что ласкам природы недружен, А кормится ярью неистой стихии, Под лязганье молний клыкастых, Под струны брюзжащие звонистых ливней, Эфирных течений пляски. Гудит подсолнечная твердыня, Взрывается небо, под небом стынет Матка-земля, возделанная Слизью воды, как стрелами. На этих подмостках растерзанной Ткани природной встретились, Душа, что словами ведала Целительной красоты, С художником - хмурым светочем Живого за стенками тьмы, За стенками мертвых глаз, За стенками гиблых пророчеств, Цельною слитковой массой Спаяло два одиночества, На этой грубой земле, У этой шершавой дороги, Теперь они будут "многим", В едином своем ремесле, Писать и носить по миру Свободы широкоплечей Поднятые стяги лиры, Вдохнувшей творчеством вечность. Ликуй обнаженная дева Истины, в окнах светает, Небес распускается плева, Задетая солнца краем, Залитая синей гуашью, Набитая облачным пухом, И с каждой минутой краше Колдует она над духом Пшеничного ворса поля, Пестреющей вышивки луга, Художник пускай на волю Души бескрайней потугу, Звезда торжествует пламенеем, Душа убегает в лучистое, Сегодня опять воскресение, Как сызнова сердце чистое. Несется отрада ясная По жженному, да зыбучему, Стирая кожей атласною Бедовое, да дремучее. Мы лепим миры из вакуума, Возводим ряды из полого, Круги созидаем знаковые, И это нам все так дорого. Чаша, полная отчаяния, Опрокинута в бездну прошлого, В хляби сладкой пыльцы заложены Светотени лужаек оттаянных, Там рассады, глубокие нежности, Завиваются тропами истыми, В атмосферы елея чистого, За вселенными доброй неспешности, Кличем вечности орошаются Перламутры глаз им внемлющих, Что сады разводят на дремлющих Пустырях и асфальтовых лежбищах, Там покаяться и помиловать Предписали души повелением, Те, кто пили страстно мгновение, Из ключей ее изобилия. Там работал художник ревностно, Перемешивал образ карточный, Бросал почерком тени красочного, Выводя безграничность из бренности, И кипело и спорилось детище Трудового закала мастера, За него работало счастие, Проецировать сердцем вечное. Плывут небесные озера, Кумачовые кудри заката С гор струятся в растянутый кратер Горизонта, в нем звездные споры Набухают и зиждутся зерна Для ночной посевной, тихо тает День усталый, испитый до края Суетой, что пылится сором На устах усмиренного ветра, Тьма съедает остатки света, Задувает солнце заглавие, Ночь спешит возродить равноправие Смены времени суток, баюкая Торопливую карусель Жизнедеятельного, постель Расстилая на горных редутах Непроглядным туманом и тишью, Верно часу десницы Всевышней. Спи, художник, работой плененный, Попечительством преданной музы Согреваемый, в толще вселенной, Зарожденной в грезах твоих, Обнажаясь пред сокровенным, С неподдельным и искренним дружный, Ты ищи обыкновенный, Заурядный, но красочный миг. Ты смотри в эти контура мира, Как дитя непорочного дома, Что под хлопанье ангельских крыльев, Умещает нетронутый омут Восхищения девственных душ, Первозданного и первобытного, Освоения полное нужд Непритворного, самобытного. Ты рисуй наитием зримое, Насаждая его в совершенное, Чтоб лепилась топкою глиною, Из аморфной строки песнь нетленная. Вздрогнула заря калейдоскопом света, Многоголосие утра лилось сквозною росой, Жаворонок эхом взвеял песню рассвета, Лучиком юным забился, режа небесный слой Темного скипетра ночи, душ теплоты воздушной Студень скроил, проросши в окна лесной избы, Где завели беседу птахи, шурша радушно, О возрождении солнца, в бодрых бассейнах весны, О лета янтарных ресницах, прячущих празднество плода, О духе унылого злата, ряженного в дожди Осени вядшей, соломе ветреной лиственной своры, О глянце мерзлого снега в росписях мёртвой зимы. Слушал мотив их художник, чуткость храня к сезонным Сплетням и колоритам сказов народов ветвей, И от души умилялся, в слог детворе окрыленной, Хоть и вобрал сполна он время на этой земле, Хоть и дышал черноземом, в травах медовых купался, Иней скоблил краснощекий, мартовский ветер ловил, Знал ли тогда, чем он ведал, знал ли, куда он так рвался, То, щебетанье лесное, мальчик зеленый носил. Над землею палитрой разбросилась Голубая легкость небесная, Извиваясь, река водоносная Умывала в свежесть окрестное, Берега обнимало волнистое, Бодричковое русла дыхание, Ветродуй шаловливый посвистывал, Завлекая любовь на свидание, С ясноокой красною-девицей, Шелкопрядных волос обоняние Сея по миру сладкой метелицей, Искушая дорог расстояния, На крыле восхищенном оставивши Кожи розовой благоухание, Сдобу губ наливных, серчающих На удел одинокий, Отчаянно Ветр искал ей супруга достойного, Средь мильонов душ неприкаянных, Страсть прельщая иконою стройною Ее линий, в сердцах осязаемых Упоением жгучим, восторженным, И ждала она робко, незнаема Всех безумных сокровищ, заложенных Взором дикой любви, взором таиным. Раз услышал художник тот ветер, Проносившийся поступью слезной, Очарован мелодию этой, Набросал он эскиз на воздухе Столь знакомой мелодии дальней, Силуэт обличавшей невинный, Обогретого Богом созданья, В колеснице рассвета носимого, По обширным степям дикой вольницей, По горбатым холмам, глухим рощицам, На который наитие молится, За которым пульс сердца просится, И услышав, погнал он ветер, В те края, сулившие многим, Преклоняясь чистой дороге, Благодарствуя ясной примете. Сто тысяч парусов грудь рвут на части, Сто тысяч свеч горят его очами, Любовь сиять им предписала страстью, Грозою бить по всякому отчаянью, Что воспрепятствует желанной сердцу встречи, Летит гонец любви сквозь огнь и меч На рандеву с прекрасным и бесценным, Клокочет кровь, волненьем полня вены, Вздымая красный потоки на висках, И застывая на трясущихся устах. Вперед, вперед, кричит ему фортуна, Она твоя, сжимая нервы в струны, Поет незримое со всех концов земли. И оступаясь, он летит к обрыву, Интриги провидения свели Любовь и жизнь в презренную могилу. Забытого художника, творца Иных пространств, иного измеренья, Мы не увидим более лица, И не услышим шепот вдохновенья, Которым он на свет рожал основы Всего и вся, божественному слову Внимая скрытно, все сто тысяч парусов Сошли на берег в царстве вечных снов. Тяжелая ночь сгромоздила конструкцию черных объемов, Нет звезд, лишь пузырь ледяной пустынного неба Свисает над пропастью смуглой тиши, редким стоном Души одинокой незавершенность, потерянным следом Блуждает по грешной земле, Опрокинуто солнце В расщелину дали морской, в коридорах волны погребенное, Не скоро оно на подлунную степь обернется, Все тьма, толща тьмы и душа зарывается в темное.
Видеть и слышать, Что в наших силах, что в нашем праве, Видеть и слышать рассвет на горящих волнах Под крепкой десницей Бога. Ты еще дышишь, Значит ты ветер, значит ты с нами Дышишь рассветным огнем, Это здорово. Знать, Это то Слово, что озаряло начало начал, Верой Видеть и слышать, Видеть и слышать, И снова, Снова дышать, Как парус вселенной, Что в нашем сердце.
Серебро дождя на мольберте окна, Водный хор муз небесного братства, Размельченная стужа сырого угля Облаков, мокротелая паства Луж стеклянных на стрелах размытых дорог, Колпаки громовых перекличек, Седовласостью скрученный воздуха смог, И сердечная клеть безразличья. Хмурь мирского холста, песни сорванных струн, В оцеплении насыпи бледной, Ночь крадется лисой, светлячков-звезд изюм Спрятан в ватные рукава бездны. Липнет сон на глаза, и дождливая дробь Все стучится погодным неврозом, Я стою у окна, я считаю до трех, И плююсь одичалостью в грозы, Облепившие сетью шипов небеса, Липнет дождь простыней, сон съедает глаза, Серебро застывает во взгляде кристаллом Мертвых улиц, усталых домов и кварталов.
Джаз разбитых стекол, Блюз из-под ножа, Тени возле окон, Некуда бежать. Ночь скрутила руки, Разметала сны, Мы цепляем звуки Тяжестью луны. Черное эхо симфоний Угольных небес, Нас уже не вспомнят, Нет свободных мест В зале освещенном Звездным конфетти, Мы ночные боги, Сбитые с пути. Джаз разбитых стекол, Блюз из-под рубцов, Кормят черным соком Черную любовь.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Пускай я глуп, пускай смешен И, как дитя свечусь отрадой, Пускай я грани перешел Размеренной своей баллады, Я перепел ее тобой, Я дал ей имя, имя - радость, И пусть смеются надо мной, Их смех ничто, их смех, лишь малость, В сравнении с тем как дышу Прекрасным пламенным соцветьем, В котором я тобой грешу, Как молодой влюбленный ветер. О, я дитя, слепец немой, И что могу сказать о свете В котором утопает мой, Мой глас, мой крик, мои приметы Твоим скитаниям во мне. Ты разорвала мою слабость, Пусть слух твой лед, пусть я, как тень Твоих шагов, но эта сладость Милей амброзии густой, Достойней всякого признанья, Пусть не достоин, но я твой, В твоих устах, в твоем молчанье, В твоих раздумьях и словах Где замираю солнцем бездны, Пусть я смешен, как жалкий маг, Колдующий в твоей прелестной Любви с весной ей попятам, Где, лишь мелькнет мое движенье, Я счастлив знать, что где-то там С тобою рядом отраженье Моих робеющих надежд, Моих настырных рифм и песен. Я задохнулся б, но я свеж От твоей нежности небесной, Я опрокину небо сам К твоим полям, тебе на руки. Прости меня за этот гам, Что слог мой льет мгновеньем чутким, Как водопад елейных чар, Но не унять, не сбить пожар, Я очарован обреченно, Я весь тебе отдам свой дар, Лишь будь мне рядом нареченной.
Я предчувствую черный божественный холод, вакуума эмбриональное море. Сны, окропленные вспышками света, память тревожат прошлых рождений. Здесь, вещество, энергия, поле, все однозначно, предельно, синхронно, все переплавлено на элементы моей души, взглядом безбрежной, мненьем единой, точкою прочной, веком укрытой, родственной тени. И я дышу безвоздушным пространством звездного дна, ночи бессрочной. Солнечный ветер звенит в перепонках, лунная пыль оседает постелью, я ощущаю твое постоянство Хаос-творец, демиург и источник садов преисподней.
Если ты слеп, То, что я могу тебе дать, Если ты нем, То, как я тебя услышу, Выйди на свет И сгори, Мы задышим Прахом новорожденных глаз, Тех, что хотят сказать, Как дорог этот ночной глоток Ветров скрипучих, Как долгожданно пляшут дожди В кудрях аллей, Но если ты слеп, Что я могу озвучить, Кроме бездушной воды, Да мертвых огней.
Ожидание послевкусия кофе, притаившееся на глянце сетчатки утро цвета ночи с декабрьским ливнем. Атлантический фронт - говорит Гидрометцентр; чертова слякоть, жди изобилия гололеда - кривится душа в поднывающих позвонках. Жму на блестящие язвочки кнопок мобильника, передаю привет случайному абоненту, авторизирую память и интерфейс понедельничного синдрома невидимости, и все - свысока своего падения. Здравствуй душа, я соскучился, как ты... Прикормленная, смотрит в лес. Накатывает вдохновение подзаборного блюза с кислыми щами. Ставлю точку, договорим завтра, на интерес. ......................................................... Интерес мой - геометрия цвета, алгебра звука и проводница поэзия на ниточках голосовых связок усталой реки. Барабанная дробь дождя в водовороте уха скатилась волной черепичной - зимнее отступление, декабрь с пальца правой руки обронил обручальным кольцом серебро и пустился в бега. Подставляю ладони - с неба беда бедокурит бледной балладой. За стенкой темно, в комнате, кое-где, еще теплится свет с бутона, слипающейся под тяжестью вечера, люстры. Прохлада нового тысячелетия, маркированная Водолеем, изливает на голову дерганый трафик. Мое имя - четыре буквы в анамнезе святости. Живу, как умею - хорошее оправдание, хорошая эпитафия, в теории относительности, перемноженной с теорией вероятности. ................................................... По-вероятности, дождь и ветер когда-нибудь дадут слабину, и тогда, на сухую, я нарисую солнце в твоих волосах, моя первая-последняя любовь, и тебя - надменный философ, смерть...
бабочка села на мраморный камень как трепетно время в лунной печали разрушенных храмов солнце лотоса с осенним закатом венчаются искры клена
звезды с ладони ночи Север сдувает толика счастья дыханье картин из песка свежесть рожденья в свечении сосен
кофе на дне чашки откровенье опавших листьев черный хрусталь сердце разбитое женщины лед родника звук созерцания тонок серебряный танец рыбы стремится слиться с водой взгляд отражения в озере горном голубкой вспорхнул погасшей свечи
Я хочу танцевать обнаженным На крапиве твоих откровений, Хей, судьбина, случайный прохожий, Слышишь ль связок моих порох нервный. Для любви не исчерпаны недра, Эти недра - бездонные вина, Я напьюсь хмелем тем и поверю, Что пришел не из этого мира. А оттуда, где бьют родниками Музы сладкие, нежные в страсти, А оттуда, где ветер руками Я ловил и пускал восвояси. Я хочу танцевать обнаженным Под метелью свинцовой и плакать Горной речкой, как новорожденный, Плавясь в солнца янтарную слякоть.
На горизонте осень, и у меня затишье, Плесканье рыб в аквариуме снов, Прохладное четверостишье Зари, прохладный хор цветов В соборе расцветающей кончины, В потухшем лете, в тлении костров У погребально-золотого алтаря. И все сильней и беспричинней Медь ночи призывает, говоря: "Туши свечу и пламеней бесчинством Арктической надежды ноября" А я, что я - На горизонте осени Растаю прахом песни, млечной точкой, Уйду от всех, залягу в тишину, Возьму для сердца хмеля колокольчик, Да табаку от звезд слегка черпну. И будут ночи, Будет смерть огня. Дождливо-снежною свечой Воскреснет пламя...
Вечер усталостью ломит пыльные кости. Лунные ясли провисли в бледный иней свинца. Мраморный череп зажат между лопастей сквозняков. Звезды толпятся у входа в заводь ночную серфингом шляпным. Я раздираю губ занавески, но слов липкие гроздья оседают в гортани массой застывшей. Сегодня словца не вытянуть, песни не протянуть сквозь черный озноб, сегодня я форма без содержания, слог, упрятанный в подсознание серых проспектов, в глину сырых фонарей. А лето травит загаром, а ночь возвращает желанье дышать, но дыханье - безмолвно, лишь скрип, диафрагмы дугой. К чему шаркать, плеваться стилистикой вакуума, все сказано, все написано, все там, где звездных огней пропитые глаза чахнут забвеньем. Бежать! Бежать за их пеклом, хромать под их звон бороздой, доколе рассветная медь не засучит рукав в крахмале и блеске классики буднего жанра. Но доселе, я форма без содержания, я анклав в тисках течений, перебродивших небесной манной.
Выпил кофе. Выкурил сигарету. На краю вселенной взорвалась сверхновая.
Научи меня пенью ручья, Остроте соколиного взора, Покажи первозданья очаг, Где рождается течь небосвода. Объясни мне закон естества, Облачи в невесомость эфира, Чтоб вкусить, как младая листва, Пробежится под беглою силой. И в янтарных стрелах светила, Что срывают ночную завесу, Научи меня жить в этом мире, Как невинного чувством младенца.
В моих окнах свет распростер ясный день, В моих окнах небо рядится в прозрачность, Пульс настенных часов безмятежно степен, Отпускает душа многозначье. В моих окнах липы змеятся под солнцем, В моих окнах зеваки смешались толпою, Ароматной волной чаепитие льется, Сердце сносит приметы застоя. А за мной весна выдыхает любовь, А за мной листва напускает гламур, Собирает в пространстве цветенье стихов Окрыленный мальчонка Амур. Я раскрою дверь, я впущу мягкий ветер, Я сниму вуаль затверделых снегов, В моих окнах день будет праздновать светом, В моих окнах весной будет бредить любовь.
Ты исчезаешь радиоволною В воздушных кровотоках городов, Ты в чьем-то доме, чей-то греешь кров, Судьба моя, забытая покоем. Ты с кем-то делишь ужины, постели, Кому-то смотришь верностью, Под свечи ты разбавляешь одинокий вечер, Судьба моя, студеные метели. Ты замыкаешь дни, часы, минуты Своих капризных прихотей на мне, Ты эти звезды, что следят в окне, Мой храм судьбы, священное распутье.
Track 1
A Am G F Dm E Em C Asus2 A7 F Am
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q
E||--0----0----3----5----|--1----4----3----0----|--0-----0----5-----8----|
B||--2----1----0----1----|--3----5----5----1----|--0-----2---------10----|
G||--2----2----0----2----|--2----1----4----0----|--2-----0----5-----9----|
D||--2----2----0---------|--0---------5----2----|--2-----2----3-----7----|
A||--0----0----2---------|-------2---------3----|--0-----0----3----------|
E||------------3----1----|-------0----0---------|-------------1----------|
F E Dsus2 A A Am G F Dm E Em C
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q
--5----4----0-----0----|--0----0----3----5----|--1----4----3----0----|
--1----5----3-----2----|--2----1----0----1----|--3----5----5----1----|
--2----1----2-----2----|--2----2----0----2----|--2----1----4----0----|
------------0-----2----|--2----2----0---------|--0---------5----2----|
-------2----------0----|--0----0----2---------|-------2---------3----|
--1----0---------------|------------3----1----|-------0----0---------|
Asus2 A7 F Am F E Dsus2 A A Am G F
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q
--0-----0----5-----8----|--5----4----0-----0----|--0----0----3----5----|
--0-----2---------10----|--1----5----3-----2----|--2----1----0----1----|
--2-----0----5-----9----|--2----1----2-----2----|--2----2----0----2----|
--2-----2----3-----7----|------------0-----2----|--2----2----0---------|
--0-----0----3----------|-------2----------0----|--0----0----2---------|
-------------1----------|--1----0---------------|------------3----1----|
Dm E Em C Asus2 A7 F Am F E Dsus2 A
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q
--1----4----3----0----|--0-----0----5-----8----|--5----4----0-----0----|
--3----5----5----1----|--0-----2---------10----|--1----5----3-----2----|
--2----1----4----0----|--2-----0----5-----9----|--2----1----2-----2----|
--0---------5----2----|--2-----2----3-----7----|------------0-----2----|
-------2---------3----|--0-----0----3----------|-------2----------0----|
-------0----0---------|-------------1----------|--1----0---------------|
A Am G F Dm E Em C Asus2 A7 F Am
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q
--0----0----3----5----|--1----4----3----0----|--0-----0----5-----8----|
--2----1----0----1----|--3----5----5----1----|--0-----2---------10----|
--2----2----0----2----|--2----1----4----0----|--2-----0----5-----9----|
--2----2----0---------|--0---------5----2----|--2-----2----3-----7----|
--0----0----2---------|-------2---------3----|--0-----0----3----------|
------------3----1----|-------0----0---------|-------------1----------|
F E Dsus2 A
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q
--5----4----0-----0----|----------------------|--5----3--------------|
--1----5----3-----2----|--1---------1---------|------------5---------|
--2----1----2-----2----|-------2--------------|-----------------5----|
------------0-----2----|-----------------2----|----------------------|
-------2----------0----|----------------------|----------------------|
--1----0---------------|----------------------|----------------------|
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q
----------------------|----------------------|----------------------|
----------------------|----------------------|----------------------|
--2----0--------------|----------------------|--2----0--------------|
------------0----2----|----------------------|------------0----2----|
----------------------|--3---------5----7----|----------------------|
----------------------|-------3--------------|----------------------|
A Am G F Dm E Em C
H H Q Q Q Q Q Q Q Q
--------------------|--0----0----3----5----|--1----4----3----0----|
--5-----------------|--2----1----0----1----|--3----5----5----1----|
-----------7--------|--2----2----0----2----|--2----1----4----0----|
--5--------7--------|--2----2----0---------|--0---------5----2----|
--------------------|--0----0----2---------|-------2---------3----|
--------------------|------------3----1----|-------0----0---------|
Em7 D Am6 G7sus2 Asus2 A7 F Am G Em F Dm
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q
--0----2----2----1------|--0-----0----5-----8----|--3----3----5----1----|
--3----3----1----3------|--0-----2---------10----|--0----5----1----3----|
--4----2----2----0------|--2-----0----5-----9----|--0----4----2----2----|
--5----0----2----0------|--2-----2----3-----7----|--0----5---------0----|
--2---------0----0------|--0-----0----3----------|--2-------------------|
--0--------------3------|-------------1----------|--3----0----1---------|
> W
S S S S S S S S S S S S S S S S S S
--------------------------24-22-20-------|-----------------||
-----------------------------------20-22-|-----------------||
--5-7-9-12-14-17-19-21-24----------------|-----------------||
-----------------------------------------|--10b-10b-10b-10-||
-----------------------------------------|-----------------||
-----------------------------------------|-----------------||
Track 2
W
Q Q Q S S S S Q Q Q E E
E||---------------------10s-12---------|----------------------------|
B||--5b----8b----10b-----------13s-10~-|----------------------------|
G||------------------------------------|----------------------------|
D||------------------------------------|--------------2b----5b--7b--|
A||------------------------------------|--5s----3~------------------|
E||------------------------------------|--5-----3-------------------|
W W
Q Q Q Q Q Q Q Q
--8----10----3h----5pbr----|--------------5b----------|
---------------------------|--3b----5b----------8b----|
---------------------------|--------------7-----7-----|
---------------------------|--------------------------|
---------------------------|--3-----3-----5-----------|
---------------------------|--------------------------|
W
Q Q Q S S S S Q Q Q E E
---------------------10s-12---------|----------------------------|
--5b----8b----10b-----------13s-10~-|----------------------------|
------------------------------------|----------------------------|
------------------------------------|--------------2b----5b--7b--|
------------------------------------|--5s----3~------------------|
------------------------------------|--5-----3-------------------|
W W
Q Q Q Q Q Q Q Q
--8----10----3h----5pbr----|--------------5b----------|
---------------------------|--3b----5b----------8b----|
---------------------------|--------------7-----7-----|
---------------------------|--------------------------|
---------------------------|--3-----3-----5-----------|
---------------------------|--------------------------|
T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T
--3-5-----8-5-3-----5-8-10------8-------------------0-------5-8-------|
------5-8-------3-5--------10-8-----8-------------1-----1-3-----10----|
----------------------------------9---7-5-------2-----0------------12-|
------------------------------------------7-5-------------------------|
----------------------------------------------3-----------------------|
----------------------------------------------------------------------|
Q Q Q T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T
--------------12-----10-8-----5-3-----------0-----------------------|
--------------------------8-5-----3-5-----1---------------8---------|
--7b----9b----------------------------5-2-----0-------5-7---9-------|
---------------7b-------------------------------0-2-5---------10-12-|
--------------------------------------------------------------------|
--------------------------------------------------------------------|
W W
Q Q Q Q Q Q Q Q
----------------------------|--------------------------|
--------13b----10b----5b----|--------------------------|
--12------------------------|--------------------------|
----------------------------|--------------------------|
----------------------------|--7----10----12~----12----|
----------------------------|--------------------------|
W W
Q Q Q Q
-------------------------|
--5----8----10b----3b----|
--5----7-----9-----------|
-------------------------|
-------------------------|
-------------------------|
Asus4
T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T
--0-----3-5-----------------------------------------------------3-0---|
------------1-3-5-3---1-----3-5-----------------------------5-3-----1-|
--------------------2---0-2-----5-7-------2-0-------------7-----------|
----------------------------------------2-----0---------7-------------|
--------------------------------------3---------3-5-7-----------------|
------------------------------------3-----------------8---------------|
Q Q Q Q E E E E E E E E
--------------0----3b----|---------3-----8----------------|
--1-----1----------3b----|------------5-----10h--10--10b--|
--2b----2-----0----------|--5s--2-------------------------|
--------3b---------------|--------------------------------|
-------------------------|--------------------------------|
-------------------------|--------------------------------|
NHW
S S S S S S S S S S S S S S S S E E
--3s-2-3------0--------------------10s-8-7-|--5S--3b--|-----|
---------3s-1---0-1--------7-8s-10---------|----------|-----|
--------------------<>4-2b-----------------|----------|-----|
-------------------------------------------|----------|-----|
-------------------------------------------|----------|-----|
-------------------------------------------|----------|-----|
X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X
--1-4-5-6---------------6-9---------11-10-9---------5---------------1-------4-6-
----------4-3-2-------6-----9-10-11---------9-------6-4-3-2-----------2-3-4-----
----------------2-3-6-------------------------8-7-6-----------3-2-1-------------
------------------------------------------------------------3-------------------
--------------------------------------------------------------------------------
--------------------------------------------------------------------------------
X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X X
------------------5-6-9------10-12-13-15----------------------------------------
--------------6-5-------8-10-------------15-14-11-10----------------------------
----------7-6----------------------------------------10-9-7-6-----------------9-
--2-3-5-7-----------------------------------------------------5-7-8-11-12---8---
-----------------------------------------------------------------------13-7-----
--------------------------------------------------------------------------------
X X X X X X X X X X X X X X X X X X Q Q Q
--12-------------5-3-----1-0------------------------------|
-----11-10-8-6-5-----3-2----------------------5b----3b----|
-----------------------------0----------------------------|
-------------------------------0-2---5---7----------------|
-----------------------------------4---7------------------|
----------------------------------------------------------|
W W
Q Q Q Q Q Q Q Q
---------------5-----3-----|----------------------|
---------8b----3b----1b----|----------------------|
---------7-----------------|--0--------------2----|
--10b----------------------|-------0----2---------|
---------------------------|----------------------|
---------------------------|----------------------|
Q Q Q Q Q Q Q Q
------------------3brb----5brb----|--8brb----10brb----12brb-----------|
----------------------------------|----------------------------13b----|
--5brb----9brb--------------------|-----------------------------------|
----------------------------------|-----------------------------------|
----------------------------------|-----------------------------------|
----------------------------------|-----------------------------------|
S S S S S S S S S S S S S S S S Q Q Q Q
--10-8-5-3-0-1-----------------0---|-------------------------|-------||
---------------1-3-5-8-5-----1-----|--------------3s----5----|-------||
-------------------------5-2-------|--0s----2s---------------|-------||
---------------------------------0-|-------------------------|-------||
-----------------------------------|-------------------------|-------||
-----------------------------------|-------------------------|-------||
Позволь пригласить тебя в дом любви, Ты знаешь адрес, ты знаешь пароль, Ты знаешь этаж, где в квартирной пыли Соблазн обжигал вечерней зарей И падал в глаза... Где мы забывали "потом" и "тогда", И каждый глоток растворялся в "сейчас", Где мы притворялись, что так "навсегда" , Пускай и мгновеньем, Но только для нас Оно свято... Позволь пригласить тебя в дом любви, Где стены изъедены выцветшей краской, Где воет собака, но где мы одни, Одни в преломлении страсти, В горячих руках искушенья...
И я вернусь с крылатой колесницей Весенних гимнов, талою водой Я разольюсь по солнечным страницам Поэмы лета, чтобы быть с тобой Моя надежда, ветреная дева, Мое спасенье имя тебе дам, Забудем все, что было, это небо Отныне сердца любящего храм. Ничто не станет смутою пред нами, И смоет дождь слезой ручьев печаль, И обнаженный ледяными небесами Воскреснет в вере мой Святой Грааль. Сомкнуться бреги в мост благословенья, Протопчет землю истина пути, И я вернусь с крылатым провиденьем Весенних ветров, чтоб тебя найти Моя надежда, блудная невеста, Мое прощенье назову тебя, Пропой мне светом утреннюю мессу, Гранатом зорь день новый претворя. Летите ангелы навстречу откровеньям Души голодной до бурлящих нот Морей соленых, штормовых течений, Слепящих видов девственных свобод. Степенностью не дайте захлебнуться, И не жалейте таинств для мечты, Ведь я вернусь, я обещал вернуться В весенних маршах призраком воды.
F#m
Душа кипятком,
G
Сердце на вилы,
Глаза в ночь,
Слова льдом,
Dm F
Дорожная песня
Gm
Вьюгой простыла,
Am
Идем на север,
C
Идем.
Вера на веру,
Правда на правду,
Сны без фантазий,
Крепость вином,
Напутствие ветра
Закашлялось грязью,
Идем на север,
Идем.
Припев
F
Солнце за пазуху,
Em
Нежность в кулак,
Am
Радость огня на потом,
F
Раненной птицей
Em
Дорога в ногах
Gsus G
Петляет.
F
Солнце за пазуху,
Em
Нежность в кулак,
Am
Радость огня на потом,
F
Раненной птицей
Em
Дорога в ногах,
Fmaj7 Gmaj7 Fmaj7...
Звезды свинцом.
Голод на царствие,
Холод в друзья,
Черным небом
В кювет,
Слепнет дорога,
Не здесь и не я,
Мой промысел,
Северный свет,
Не даст мне померкнуть
В этой земле
Расстроенных струн,
И снежных причалов.
Я поднимаюсь
Северных лун
рождением,
К точке отсчета
G
Своей печали.
Припев
Рыскает ветер. В трепете волн Сходит на берег, Прибоем ведомый, Дух одиночества.
Em
I heard, what whales sing,
Am F Em
I have understood that ocean of the packed music,
I saw grace of the leopard,
And I have heard in her motion winds.
G C
I felt art of the nature,
G Am Em
Divinity design and forms,
And I saw wild intense heat
Human pride and vanities
A
In dead city,
E
In cool eye dead city.
I heard, what dolphins sing,
I have understood that ocean of the packed secrets,
I saw greatness old lion,
And I have heard in him nobility of the fire
I read nature,
I read legend a perfection,
And I saw mad rhythm
Human haughtiness and indifferences
In city-murderer,
In hungry before love city-murderer.
Em A Em...
Я слышал, как поют киты,
Я понял, что океан полон музыки,
Я видел грацию леопарда,
И я узнал в ней движение ветра.
Я чувствовал искусство природы,
Совершенство конструкций и форм,
И я видел дикое зарево
Человеческой гордости и тщеславия
В мертвых городах,
В холодных глазах мертвых городов.
Я слышал, как поют дельфины,
Я понял, что океан полон тайн,
Я видел величие старого льва,
И я узнал в нем благородство огня.
Я читал природу,
Я читал предание совершенства,
И я видел бешеный ритм
Человеческой надменности и безразличия
В городах-убийцах,
В голодных до любви городах-убийцах.
Испей любви с моих уст, Их чаша полна королевским вином, Рубиновый сок сердечной молебны, Что небом ниспослана мне. Вместилище света и чувств - Призванье души молодой, Святую храни мою веру, Что ищет покоя в тебе. Слетайтесь гонцы весны, Тобой расцветают глаза озаренья, Веди меня по пути, Здесь гимны поют обреченным На страсть и безумия дни, Здесь жив сверкающий гений Моей ненасытной души, До солнца любви голодной.
Ты прошла. Я видел поющие тени, Несущие попятам Твой шлейф, Мрамор коленей Гор, Преклоненных тебе, Сонный свет Рассветного гонга, Что схватил твою музыку Летнего солнца. Сладко и звонко Отдавалась в груди Эхом Трещотка Волн-шагов. Ты прошла вдохновеньем По сердцу, Мой улов Поющие тени У алтаря надежды, Да душа-невеста На гребне мгновенья.
Изживай свое тело, Убивай своё "Я", Пустота знает дело, Это дело стезя Без потери На вере, Без труда На ветра, Без расчета и меры, С грудью полной огня, В незнакомую волю, Но родную по крови, К прародителям снов, Там, где бредит любовь Откровением целостным духа.
Я кофейной смолой гримирую рассвет, Я пластическим нервом улыбку сошью, За кормой новый день растянулся в ответ, Я уже на подходе, я снова спешу В твои сети дорог, в переплет твоих глаз, На заброшенный берег наскучивших рифм, Многоточьем имен, перекличками фраз, Оставляя слова на форматах пустых. Веретеном движения осени Вязкое сердце стучит по мозгам, Жжем фонарей обмякшие гроздья Во взгляде тумана, дыша по слогам. Я кофейной ночи притупляю глоток, Этой ночью я умер, я сном принял бой, Но миксер небес взбивает желток Настырного солнца, значит снова живой?
Я пахал, я сеял На земле сердечной, Проросла душа Злаком колосистым, Обернулось солнце Золотым колечком, Ты меня нашла Ветрокрылым свистом. Я косил стогами Бурияны смуты, Подоспели вёсны, Любы ясно взору, Птицею погожей, Поцелуем в губы Распустили косы Молодые боры. Во тени дубравной Почивал с усладой, Ты нашла тропинку, Примостилась рядом, Доброе поверье Сны нам отворяло, На земле былинной, В тишине нарядной.
Догнивают в листве тени летней надежды, Я претендую на ласку мертвого солнца. В черную гавань парусник ночи вползает неспешно, Гирей луна провисает в сети голых погостов. Оплеухою ветра сыт на обед, да справен на ужин, Взор горизонта - далекая стать, першит сквозняками. Прими меня в свои объятья подвальная стужа, Я так переполнен твоей пустой в осеннем оскале. Я претендую на золото в черной оправе, Давится влагою сало размытого неба. Отчего же печаль так прекрасна и сердцу отрадна, Понимаешь, все это исчезнет, исчезнет бесследно.
Я смазал солнцем связки, Я грудь проветрил вьюгой, Пришпорив сердце страстью Полночного досуга. В глаза залил я небо, Запутал руки в травы, Я волком шел по следу, Я чайкой реял в лаве Воздушной морщи ветра, Я бился громом оземь, Я выстрелы рассвета Вязал в стальные косы, Я руслом принял свежесть Речной волны скользящей, Я в сердце сплел безбрежность Закатов нисходящих. Я шлифовал словами Многообразье мира, За пыльными коврами, Под сводами квартиры, Пред тусклым абажуром, В черновиках бумажных, Где жизнь моя уснула За повседневной сажей.
Я теряю контроль, Я слетаюсь на свист, Я иду за тобой, Как бродячий артист. Я тону в тишине, Забываюсь огнем, Я теряю контроль, Растворяясь в окне Этих черных ночей, Этих снов за окном. Этот город ничей В спину дышит огнем. Я теряю контроль, Собираясь войной За холодной зарей, От себя за тобой В эту дикую стать, В неуемный закат, Чтобы голос сорвать О кричащий набат В мою дикую ночь...
Зажги свечу, Ее пламя - твоя душа, Зажги свечу, Ее тепло - твое дыхание, Смотри на огонь, Смотри в себя, Видишь свет, Это солнце, это луна, В твоих глазах замирают Янтарной рекой.
Ты знай, пока мы живы, Не смей молить судьбу, О похоти наживы, Разящей за версту. Ты знай, пока мы дышим, Не рви крыло мечты, Она тебя услышит, Услышь ее ж и ты. Ты верь, пока мы вместе С любимыми, пурга Злых языков и лести Растает без следа. Так будь, кем обозначен, Хранителем своим, Что в сердце, на удачу, Кричит, как ты любим.
Это больше похоже на сон, где звучит саксофон и интонации Бродского броским ветром радиоточек, а кошачьи зрачки отражают движенье по встречной, просвечивая рентгеном (словно радугой переведенных историй с многоязычья дождя) тетиву позвоночника. Это больше похоже на жизнь после жизни, в преломленном душами море на исходе дня.
Мой любимый цвет - белый, Моя любимая краска - черная, Моя любимая ночь расписана мелом, Мой любимый день на угольных горах Сложил свое крыло. Мой любимый закат - расцвело, Мой любимый рассвет - опавшее солнце В расщелину горизонта. Ведь мой любимый цвет - мелодия моря, Мой любимый звук - разношерстность лугов, И я говорю с закрытым ртом О том, что это любовь, О том, что это ненависть, О том, что все на потом И сейчас и вчера.
Ветер зари, прорывая кобальтовые занавески раннего неба, повеял холодным каменистым берегом северной Атлантики. Мне следить за тобой, печальная чайка над чешуей чугунной волны. Спящие в пустынном тумане холмы отзовутся суровым эхом любви. Мантия засохшей травы спадет с плечистых просторов нордических глаз. Битым стеклом брызг ранит сердце, вороном старым сгнездится заря в его запутанных кронах, дождь нервной львицей подсядет к разбросанным камням, его револьвер перезаряжен свинцом аккордовых туч, и деревья заговорят на языке осеннего яда, ступая по глиняным черепкам разбитого флота под флагом цветного тепла. Снежная соль, оспа из мертвых лилий, проступая на коже вдохнет в нее старую тьму древнего океана. Ветер зари, вскрывая грудную клетку эфирным ножом, повеет листвой детских воспоминаний. Я слежу за зыбкой точкой на горизонте, за парусом уходящего навсегда фрегата времени, махая ему керосиновой лампой летних минут, посыпая золой с вуали холмов голову солнца.
Когда обрушатся стены Иерусалима, И Вавилонскую деву распнет под огнем Страшный суд, Я буду помнить, лишь Как уронила Ты золотой печалью, На платье неба, слезу. Если архангел в трубу пропоет Мне на ухо, И отрекутся мирские ваянья От бремени дел, Я буду знать одну бесконечную волю Для духа, Ты моя вечность, Ты мой счастливый предел.
***
Гонит волну дыхание моря,
чайки протяжную песню разносят,
ею вослед натянула душа паруса.
***
Питает землю дождь,
и жизнь цветет в благоуханье влаги,
как и моя любовь полней растет от слез,
что источает безответность ее сердца.
***
Закат склонился алым оком
над храмом шелковых полей,
когда-то здесь мы провожали
с тобою вместе гриву солнца
в опочивальню вязкой ночи,
теперь один я ему вслед
бросаю взор из льда и пепла.
***
Глаза твои - глубокие озера,
уста - свежесть росы, травы млажавой лоск,
богатство это памятью храню
всецело и повсюду, пуще злата.
Другие контрасты, та же печаль Другие контрасты, та же печаль. Быть может, забудем, но свежее на поверку опять уже где-то пройденное. Хлопай дверью. Беги. Память рассудит время поймет. Прости за любовь. Прощай. В сердце сквозняк. Свобода? Или плач одиночества. Кто разберет на руинах страсти. Пределы прочности нашего счастья лопнули одночасьем, скорой разлукой осев в твоих стихах.
Красота ты моя нагая, Необузданная, неприрученная, Изумрудная гладь степная Да небесная синь дремучая. Пелена ты моя непроглядная, Раскудрявая, беспризорная, Шелкопрядом лесов обрядная Да полей янтарем раздольная. Старина ты моя исконная, Драгоценная, заповедная, Песнь речная, блудная, вздорная Да душа свежим ветром пленная. Красота ты моя нагая, Неприметная, позабытая, Опьяненная гладь степная, Под лазурью небес сокрытая.
_____________________________-----
У святой воды Бьет ключом елей, Да живет любовь Меж оливковых рощ, У моей беды Сотни сыновей, Да один приют Темноброва ночь. На далеком дне Жемчуг, серебро. На седых волнах Месяц золотой, А в моем окне Неумытый двор, Да костров угли На траве густой. У святой воды Благородный свет, Ветер шелковый, В мед заправленный, У моей орды Степи да рассвет Во туман слепой, Окровавленный.
Воспаленные нервы гудят, словно пули шальные, А с экрана глядит под фанеру безликий рой ног, Мне бы первым бы снегом умыться, да выпить за веру, Только верой у нас разродилась не вечность-любовь. И плывет этот город нахрапом гудков и рекламы, За рекламным щитком отражение нашей судьбы, У подъездов разгульная степь, лишь убогим, да пьяным, И для слухов надел благородным, но ветхим седым. Где-то там, далеко, может быть, я оставил припевы, О хорошем и добром, что смотрят прекрасной мечтой, Эх, кому бы отдаться, одно все, что правым, что левым, Утешенье мое, ты мне больше слащаво не пой. Воспаленные нервы гудят, словно трубы заводов, Я оставил свой цех, я сменил сто работ без огляд, Мне бы первым бы снегом умыться, да слить с души воду, Говорят помогает, да мало ли, что говорят. И звенит в голове, замолчи и послушай совета, Я советчикам рад, только им ли со мною грести, Мудрецов наплодили и сели на мель без ответа, От тебя, лишь, родная, не дай чистых глаз отвести. Мудрецов наплодили и сели на мель без ответа, От тебя, лишь, родная, не дай чистых глаз отвести.
Любовь - это умение, Умение все прощать, Любовь - это уверенность, Уверенность в самой себе. И если зашили сомнения Глаза твоей веры по швам, То, только одно решение На сердце дано тебе, Что любовь- это Библия, Библия всех языков, Любовь - невеста завидная, Солнечный посох слепых. И если залило кривдою Надежду-бабочку в лед, То, только одно предвидимо Для сердца холодной зимы, Что любовь - это прекрасное, Прекрасное время стихов, Любовь - это участие, Участие в каждом глотке Воздуха, тех, кто на счастье Ставит последний грош. Добавим пороха к страсти, И выпарим слезы в платке.
A7M Gm7M E6add13 C7M A7M Gm7M E6add13 C7M Asus4 Eaug Bm/5- Gm6
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q
E||--0----2----0-------0----|--0----2----0-------0----|--0-----0----1-----0----|
B||--2----3----2-------0----|--2----3----2-------0----|--3-----1----3-----3----|
G||--1----0----1-------0----|--1----0----1-------0----|--2-----1----4-----0----|
D||--2----0----2-------2----|--2----0----2-------2----|--0-----2----0-----0----|
A||--0----1----2-------3----|--0----1----2-------3----|--0-----3----2-----1----|
E||-------3----0------------|-------3----0------------|--------0----------3----|
F7 G7M Am7 Dm9 A7M Gm7M E6add13 C7M A7M Gm7M E6add13 C7M
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q
--1----2----0----0----|--0----2----0-------0----|--0----2----0-------0----|
--1----0----1----6----|--2----3----2-------0----|--2----3----2-------0----|
--2----0----0----5----|--1----0----1-------0----|--1----0----1-------0----|
--1----0----2----7----|--2----0----2-------2----|--2----0----2-------2----|
--0----2----0----5----|--0----1----2-------3----|--0----1----2-------3----|
--1----3--------------|-------3----0------------|-------3----0------------|
Asus4 Eaug Bm/5- Gm6 F7 G7M Am7 Dm9 Gm6 Gsus2 Dm79 Am6 Am7M
Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q Q E E
--0-----0----1-----0----|--1----2----0----0----|--0----3-----0----2---0----|
--3-----1----3-----3----|--1----0----1----6----|--3----3-----6----1---1----|
--2-----1----4-----0----|--2----0----0----5----|--0----0-----5----2---1----|
--0-----2----0-----0----|--1----0----2----7----|--0----0-----7----2---2----|
--0-----3----2-----1----|--0----2----0----5----|--1----0-----5----0---0----|
--------0----------3----|--1----3--------------|--3----3-------------------|
Gm6 Gsus2 Dm79 Am6 Am7M Fm7M F7M G E E11 Fm7M F7M G E E11
Q Q Q E E Q Q Q E E Q Q Q E E
--0----3-----0----2---0----|--1----0----3----0--2---|--1----0----3----0--2---|
--3----3-----6----1---1----|--1----1----0----0--0---|--1----1----0----0--0---|
--0----0-----5----2---1----|--1----2----0----1--1---|--1----2----0----1--1---|
--0----0-----7----2---2----|--2----2----0----2--0---|--2----2----0----2--0---|
--1----0-----5----0---0----|--3----0----2----2--0---|--3----0----2----2--0---|
--3----3-------------------|--1----1----3----0--0---|--1----1----3----0--0---|
Am11 F7 G Am9 Am11 F7
H H H H H H
--7--------1--------|--3--------3--------|--7--------1--------|
--5--------1--------|--3--------1--------|--5--------1--------|
--5--------2--------|--0--------4--------|--5--------2--------|
--5--------1--------|--0--------2--------|--5--------1--------|
--5--------0--------|--2--------0--------|--5--------0--------|
--5--------1--------|--3-----------------|--5--------1--------|
G Am9 Gsus4 A11 Bm D D7M F#m9 Dm6 Asus2
H H Q Q Q Q Q Q Q Q
--3--------3--------|--3-----7----2----2----|--2----0----1----0-----|
--3--------1--------|--1-----5----3----3----|--2----2----0----0-----|
--0--------4--------|--0-----0----4----2----|--2----1----2----2-----|
--0--------2--------|--0-----0----0----0----|--0----2----0----2-----|
--2--------0--------|--3-----4----2---------|-------0---------0-----|
--3-----------------|--3-----5--------------|-------2---------------|
Gsus4 A11 Bm D D7M F#m9 Dm6 Asus2 Em7
Q Q Q Q Q Q Q Q W
--3-----7----2----2----|--2----0----1----0-----|--0----------------|
--1-----5----3----3----|--2----2----0----0-----|--0----------------|
--0-----0----4----2----|--2----1----2----2-----|--0----------------|
--0-----0----0----0----|--0----2----0----2-----|--0----------------|
--3-----4----2---------|-------0---------0-----|--2----------------|
--3-----5--------------|-------2---------------|--0----------------|
C Am7 F7M
W W W
--0----------------|--0----------------|--0----------------||
--1----------------|--1----------------|--1----------------||
--0----------------|--0----------------|--2----------------||
--2----------------|--2----------------|--2----------------||
--3----------------|--0----------------|--0----------------||
-------------------|-------------------|--1----------------||
Track 2
S S S S S S S S S S S S S S S S
E||--3-5-3-----------------------------|
B||--------5-7---7---------------------|
G||------------5---7-------------------|
D||------------------7-5-2-------------|
A||------------------------3---/7-/5-7-|
E||--------------------------3---------|
S S S S S S S S S S S S S S S S
--8-10-12------------------------------8-|
----------13-10-8------------------5-8---|
------------------9-10----12-9-7-5-------|
-----------------------12----------------|
-----------------------------------------|
-----------------------------------------|
T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T
----0-3---5---8------------------------------------8----------3---|
--1-----3---5---8-10-----------------------------8---10-5---3-----|
---------------------9-7-5---------------------9----------2-----2-|
---------------------------5-7--------------10--------------------|
-------------------------------5-----5-7-10-----------------------|
---------------------------------5-8------------------------------|
T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T
----0-------------------3-5-3-----------------------------------8-|
--1---------------1---3-------5-------------------------------8---|
----------2-----0---2-----------5-7-----------------------7-------|
--------2---2-0---------------------7-----2-0-----------5---7-----|
------3-------------------------------5-3-----0-3-----5-----------|
--------------------------------------------------3-5-------------|
T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T
--------------------------------------------------|
--------2-3---------------------------------------|
------2-----3-------------6-7-----------------2-3-|
----2---------4---------5---7-----5-4-------------|
----------------4-5-------------5-----4-----1-----|
--3-----------------5-6-------5---------3-2-------|
T T T T T T T T T T T T T T T
--5-------------0-2-3-5-6-------|
--3-2-------3-2-------------5-3-|
------0-2-3---------------6-----|
--------------------------------|
--------------------------------|
--------------------------------|
T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T
------------9-10-----------------------------5-------------------------12-------
----------8------10------------------------8-5----------------------------11-10-
--9-----7-----------9--------------------9---------------9-11-------12----------
----8-7------------------11-12---------8---------4-5-7-8------11-12-------------
----------------------10-------12-10-9---------4--------------------------------
--------------------------------------------------------------------------------
T T T T T T T T T T T T T T S S S S S S S S S S S S S S S S
--10-9-----9-10-6-10b-8b-3-0-2h-6-5-|-----------------------------6-5s-3---|
-------7-8--------------------------|----------------------3s-5-6--------3-|
------------------------------------|---------------7s-5-3-----------------|
------------------------------------|-----------7-5------------------------|
------------------------------------|-------5-7----------------------------|
------------------------------------|--3h-5--------------------------------|
T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T
-------------------------12s-10-8-6-5------------------------------------------|
---------------10-11s-13--------------5-6-8-10----9---8-----------------6p-5---|
--2-3-5-7-9-10---------------------------------10---9---7s-9----------7------5-|
------------------------------------------------------------------8-7----------|
-------------------------------------------------------------7s-8--------------|
-------------------------------------------------------------------------------|
T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T
--------5-3-----0-1-3-5-6-8-----------------------------------1-3-----|
----3-5-----3-1-------------11-10---------------------------1---------|
--3-------------------------------10-9-7------------------0-----------|
-----------------------------------------7-8------7-5-3-0-------------|
---------------------------------------------8-10---------------------|
------------------------------------------------------------------3-5-|
T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T T
-----------------------------------1-0--------------------/8-6-5-3---|
-----------------3-5-6-----------1----------------------8----------3-|
-------------2-3-------7-------3-------0------------7-9--------------|
------5s-3---------------8-7-3-----------2---3h-5-7------------------|
----5------3-------------------------------3-------------------------|
--6------------------------------------------------------------------|
E E E E E E E E
----------8--3--5-----------|
-------------------5--------|
------7b--------------7--9--|
--5b------------------------|
----------------------------|
----------------------------|
T T T T T T T T T T T T T T T T E E E E
------------------------------------8-10-----5--8--10--|
-----------------8---------------10------10------------|
--12b--------9-7---7-9------------9--------------------|
------7-10-7-----------10------7-----------------------|
--------------------------10-7-------------------------|
-------------------------------------------------------|
T E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E
--8----5---------------------------------8--10--12------------------------------
----8-----5--5------------------3--5----------------10--9--8--------------------
----------------5---------9--2--------7-----------------------7--5--------------
-------------------5--7s--------------------------------------------6--7--10--5-
--------------------------------------------------------------------------------
--------------------------------------------------------------------------------
T E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E E
-------------------------3--0--3brb---------------------------------------------
--8-------------------5--------------8--5---------------------------------------
-------------------7-----------------------------2--5--7-----------------------2
----------------------------------------------2-----------7-----------------2---
----------3--5--7--------------------------3-----------------7--------5--3------
----5--3--------------------------------------------------------8--5------------
E E E E E E E E E E E E E E E E
-----5b--6--8---------------|--\6--5-----4---------------|
---------------9s--------6--|---------5-----3--------10--|
--5----------------9--7-----|------------------3--5---9--|
----------------------------|-------------------------8--|
----------------------------|----------------------------|
----------------------------|----------------------------|
E E E E E E E E E E E E E E E E
------------------6pb-----------|-----------------4--5--8------|
--11--13p------9----------------|--------2--3pbr--------9--10--|
-----------10-------------------|------------------------------|
--------------------------------|-----2------------------------|
-----------------------5--------|--3---------------------------|
--------------------------5--4--|------------------------------|
E E E E E E E E E E E E E E E E
------12---------------------|---------------------------|
--11-------------------------|------------------------1--|
----------10-----9--------7--|--3b--------------2--1-----|
------12--10--8-----6--7-----|---------3-----2-----------|
-----------------------------|------------3--------------|
-----------------------------|------4--------------------|
E E E E E E E E E E E E E E E E
------------6--8----------10--|----------------------------||
--3b--5--6--------9b--10------|--11--9---------------------||
------------------------------|---9-----/7--9--7-----5-----||
------------------------------|-------------------6--------||
------------------------------|-------------------------5--||
------------------------------|----------------------------||
Мама, послушай, твой сын, как дворняга Скитается сердцем в помойках того, что вы Записали мне в жизнь. Мама, ответь мне, родная, Где это царство небесное солнца, В котором выжжены войны. Мама, ты помнишь мою колыбель, Мой крик и глаза, словно чистое небо Да свет у окна, Что согревал мою тень И ложился на сердце Звездной росой. Мама, я позабыл твои руки, Я бросился в путь, как бешенный пес, Знаешь, родная, твоя наука Лаской любви - Это все, что нам нужно вернуть В эту чертову жизнь.
...по развалинам небесным уноси водою сердце на озера снов алмазных... ...прививая закат и рассвет, твое хрупкое сердце весною болит, в нем жар моря... ...ее сладкий, наивный сон, вчерашняя тень под ресницами, вчерашняя ночь, укрытая в приглушенный свет... ... льдом созвездий демоническое свечение холода, на столе бумага, чернила и острое лезвие...
...стопы, излитые полем, взгляд, пропитанный ночью, вот тебе мой покой... ...в трепете волн сходит на берег, прибоем ведомый, дух одиночества... Она любит радужный берег утра и пурпурный остров заката, она верит, что тучи - это овечки, которых пасут херувимы... ...безлунье, хоровод фантомов, льдом руки припекло, и инеем окна седая прядь украшена, бездомной кошкой муза лета по подвалам... ... на волоске из ветра... ...слушай пустыню черного неба... ...и вот я стою на закраине дня, и вижу свое отраженье в воде растопленных льдов... В сердце сквозняк. Свобода? Или плач одиночества...
_ - _ - __ - _ - __ - _ - __ - _ - _ _ - _ - __ - _ - __ - _ - __ - _ - __ - _ - _ _ - _ - __ - _ - __ - _ - __ - _ - __ - _ - ___ - _ - _
Мистик Мо сидит у воды, Мистик Мо вдыхает туманы, Мистик Мо разжигает костры, Мистик Мо расставляет капканы. Он ловит сердечные раны, Он греет их на углях, Он кутает их в туманы, Он смакует их на устах. Мистик Мо отпускает грехи, Мистик Мо прощает врагов, Мистик Мо не пишет стихи, Мистик Мо пишет любовь. Он сидит у бурной реки, Он слушает флейту ветров, Мистик Мо не читает стихи, Мистик Мо почитает любовь.
Оставь мне глоток холодной январской любви, я пламенным льдом наполню хрустальный бокал, я буду дрожать на ветру, как парусник, брошенный в пьяное море, я снегом, словно вином, согрею сжатое сердце. Войди метелью цветущей, сядь со мной рядом, возьми мою руку - она еще дышит конвульсией мертвого солнца, но я оставляю себе надежду на молчаливый исход в бытие огненной плоти, но я еще не поставил кинжалом сочувствия точку, я продолжаю смотреть на тебя, как призрак черной зимы, как многоточие облачной пыли. Так продли мою жизнь глотком холодной январской любви.
Предложи ты мне хоть тысячу жизней, Я б выбрал одну, Позаимствуй свое ремесло, Я сотру его в пыль, Укажи мне истины плавь, Пущу все ко дну, Я не знаю правды другой Кроме той, что снесло Мое доброе горе. Отпусти мне сотни грехов, Я еще согрешу, Докажи мне о том, что есть свет, Я сожгу его тьмой, Наиграй мне симфонию звезд, Тишиной порешу, Я не знаю правды иной Кроме той, что со мной Когда правит кормой Мое доброе горе. Я ищу добычи своей, Свой звериный оскал, Я раздираю свою тень об асфальт, Но эта тряпка моя, Ох, поучите меня, я отбился от рук, Ох, дайте, дайте совет, Я ведь насквозь виноват, Но только доброе горе бодрей Наливается соком.
Город спит Танцует ветер Для нас, В небе свит Клубок Полночных глаз, За спиной Бродячий хор Огней, Ты со мной Разлей мой свет, Да пей. Город мертв Под тишиной Босой, Пряный мед В твои уста Росой, В спину ночь Бросает лунный След, Ты со мной, Сожги меня, Мой свет.
Я такой же обычный парень, Я пишу обычные песни, Мне сказали, это призванье, Я ответил, куда только лезет. Я шпаною занюханный угол, Я ломоть, отрезанный богом, Я шатаюсь ветром по ульям, Я ищу пни, да сугробы. Грязным снегом, подрезанным стеблем, Это я, всем, чем вздумался городу, Мои тени, черным по белому, Мои улочки, белым по черному. Я вином поднимаюсь в горы, В темну ночь западаю похмельем, Не в богатство мои годы, Не в надежду моя вера. Мои годы песок у моря, Моя вера волны, да тина, Я не знаю другого горя, Кроме жизни сердцем невинной. На меня смотрят с укором, На меня вешают что-то, Это нравится моим волнам, Это мой песок гладит кто-то. Я такой же обычный парень, Я не знаю ноты и формы, Мне сказали, стихов валом, Я ответил, так было больно.
Познавай тишину на крыльях снежного горного сна. Следи за океаном души пустыней внутренних глаз. Вей осенней листвой, шелковой легкостью путь свой раскрась. Следуй ходу огня, духу воды, тени орла. Танцуй ночной тенью под кровотоками звезд. Рисуй на весеннем воздухе фигуры ветра, дождя. Приходи к дарам виноградников, чья лоза изумрудов полна, срывая их свежесть, молись за тех, кто умер от солнца любви, за тех, кто летит под откос...
Мило моё солнышко, Сочна моя травушка, Вбейте сердце колышком За родной оградушкой, Не пущайте в дальние Страны неизведаны Молодца отчаянного, Путь-дороге верного. Коли дом покинет свой, Не вернется, знает он, Часом жалуйте покой Удали раскованной. А когда придет пора С миром уж проводите, Зорька, ясная сестра, Месяц путеводный мой.
Молодые рассветы с востока ведут В опаленную степь Мою душу-водицу, Раскаляется небо, дороги поют Позолотой полей, Да слепою границей. Память режет свинцом удаленных станиц, Одиноких дворов, Да забытой земли, Расползается степь сором птиц-небылиц, Перекличкой ветров На безбрежье мили. Эх ты воля-судьба на разбросанных камнях, Да стрелах речных, Уноси мою веру, Нам беда - не беда, мы с тобой расстоянья Покроем молитвой Нового неба. И струной горизонта прорвем мирный сон У застойных колодцев, Да мертвых бараков, Стать немая прогнулась, да в степь опален Голос первопроходца Собственных страхов.
Мы маскируемся под лица, Мы жизни видимость растим, Один, под властный нимб стремится, Другой, прислуживает им. Мы создаем коммуникаций И жизней-образов миры, Боясь безличными остаться На гребне слухов и молвы. И день за днем рисуем браво Авторитет, престиж, успех, Борясь неистово за право В ответе быть за вся и всех. Мы маскируемся под роли, Мы в режиссерский метим клан, Но режиссер, без нашей воли, Свистит, кто пан, а кто пропал. Мгновенье жизни - срок немалый, Мгновенье сердца - краткий срок, Поймать его, почесть за славу, Сберечь его, считай, что бог. По нити тонкого призванья, Не оборвав струны, пройти, То тусклый свет предначертанья, Что знает, истина - в пути.
Тсс... Давай на потом... О словах позаботится тень многоточия. Первый звонок наготы на губах - поцелуй-колокольчик. Декабрьский ветер в дверях - просит впустить погреться. Что я теперь? Лишь форма его крыльев, сложивших за сердцем звездное небо, созерцание линий окна, обернувшееся вселенной...
Напиши свое имя, дождь, В зарослях сонных небес, Растопи безмятежную стынь на свинец, Да отлей им холодны клинки, Что пронзают зари обожженную дрожь, Да сухой пласт сердец, Да гнилой крой их вежд, Пусть плодятся в венки, Пусть вступают вразрез С равнодушьем судьбы. Напиши свое имя, дождь, Хороводами чистых озер, Да речной кутерьмой Полноводных сестер, Их молчанье ты ныне найдешь. Посмотри, только выйди на свет, Этой засухе душ нет конца и нет края, Время сеять водой, да заутреню петь Этой стае небес, сонной стае.
Читай музыку, Рисуй поэзию. В покое струн Тебе возмездие Нового света Спящей музы. Твоя обуза Канула в лету.
Научи меня пенью ручья, Остроте соколиного взора, Покажи первозданья очаг, Где рождается течь небосвода. Объясни мне закон естества, Облачи в невесомость эфира, Чтоб вкусить, как младая листва, Пробежится под беглою силой. И в янтарных стрелах светила, Что срывают ночную завесу, Научи меня жить в этом мире, Как невинного чувством младенца.
"Не" с глаголом - раздельно. А если слитно? Что, пробирает? Уже слышу негодование отдельных. Это хорошо Когда эмоции заряжают Калибром живым. Мы им - слитно, Они нас в "грамотеи", Наконец-то вас видно, Сердца, души вспотели Чувством! Ощущением! А то засели В пыльные пиджаки. Просыпайтесь! Мы дураки Вас научим дышать Чистым хмелем. *** Аранжировки - Как с иголочки, Голоса - Нота в ноту, А я супротив - Не по полочкам, Как из глухого леса, По связкам ножичком. Невнятно Да искренне, Исполнение ватное Да поэзия истая, Да поэзия истая, Да поэзия истая...
Не пускай меня на волю, Если пустишь, не вернусь, Я найду и ветра в поле, Коли ветром обернусь. Когда звонницей раздолья Встречу нервный, беглый дождь, Не пускай меня на волю, Если пустишь, не найдешь. Загляни в меня, устоем Не полна моя земля, Не пускай меня на волю, Моя воля, смерть моя. Я умру для этих песен, Перемытый в неба ситц, Не пускай меня, я - бездна, А для бездны нет границ.
Не трави ты меня взглядом пепельным, Расстилая дождями небо, Не пои ты меня вином летним, Разбавляя горечь сердечную. Не ищи ты меня следом, Мои тропы - прокуренный ветер, Да осеннее подвенечное Золотое платье петлею... Не зови ты меня флейтой тонкою, Умывая слух теплым вечером, Не прельщай ты меня бездонного, Век живи, не постичь все, чем праведна. Не ищи ты меня беспечного, Мои тропы - ветра нескладные, Да осенняя пудра сонная, Что в ночное сыплет золою... Отпусти меня соколом скорым, Что сдирает небесные сети, Расколдуй меня утром новым, Что рассвету смиренно поклоном. Мои тропы - измученный ветер, Моя осень глухим застольем Обернулась в слякоть да пепел, Увязавшись вслед за тобою... Не трави ты меня взглядом пепельным...
Небо - наркотик, для тех, кто умеет, Читать между строк сокола-ветра, И день, погребаемый в солнечной вере, Струною отпеть закатного пепла. У листопада дорожных напутствий Собраны вещие сны и приметы, Пенятся легкие воздухом улиц, Ночь хороша молчаливым советом. Небо - присутствие, тех, кто не с нами, Мера души, обнаженной пред Богом, Тонкая грань наваждения взгляда, Или дорога, всего лишь дорога.
Изглодали серостью душу, Сколько можно учить прозе дней, Ты бы лучше себя послушал Стороною дикой моей. Мне приправа твоих репутаций, Реноме и прочих фигур В этой жизни на х..й сгодятся В лицемерный, фальшивый аллюр. И зловоньем святым источая, Вы готовы друг друга сожрать, Только я всем в лицо отвечаю, Мне давно на лицо наплевать. Вы меня ли ваяете взглядом Строгих правил и истин писных, Так вам кажется, так вам и надо На похмелье душонок пустых.
Меркнет молью молитва моря, Самая синяя, самый соленый сапфир, И кажется, кричит киноварь Закатной золы, завуалированная Под пожар песка и памяти. Ритмом разлитой ртути Возятся волны с ветром, Ленно-лиловой лепниной льются Горизонты гор громовых, гребни Древних дольменов. Дымок Кипарисов капает с кистей Аллей. Аллилуйя! Аллилуйя! Тяга таверн, теплая тушь теней, Звездные зори звенят зазеркальем, Свесившись сонной солью На набережную нуара. Чарки чаек черпают черный Воздух весточкой ветреной вольности, Колыбельным криком. Курю. Пепельной птахой песня поздняя Крылья-куплеты кидает В лицо ледяной луны. Искрой илисто-изнеможенной Догорает день, доставая до дна. Прибой, патокой пены прожженный, Сияет скользким свеченьем. Слышно созвездиям сердца стук, Мятного, мариинского, млечного. Образ отлитый оловом Влаги впадает в воронку взгляда - Это эскиз эха Улисса. Ульем упало Безмолвие бархатной бездны Неба ночного, нитью напутствий Сходясь сквозь слезы Селены. Морось молочных медуз Режет рук распростертых русло. Плоскость парит пространством Трехмерным. Трудно Быть безучастным, безликим, бездушным, Наглотавшись нот Чистого черноморья, Перед прозой, плененной поэзией, Перед плывущим полем Венозных водорослей, влезших На скалы сердца.
Как молоко глотаю туман охрипшим горлом. Переболеть, перетерпеть и снова, по нотам ударив винной струею, искры плевать из-под молота сорванных связок... Скручивай, Господи, нитью накаливания сердце мое, светить ему, где еще завалялся черный уголь ночного сна, биться стеклом да резать себя блеском... Кто он, что ушел или остался на поверхности дна, на дне неба, не все ли равно, если сам к себе честно, если сам к себе без уверток и жалости, опрокинутый крыльями облачными в бездну собственных страхов, теней, откровений... Как брагу вдыхаю мокрый асфальт прокуренным ртом. Перетерпи, переболей, сохранив, удержав в себе солнечное, опалившее сединою в сомнениях, но растворившее на потом, ранами, узоры теплых морей...
Догорает вечер, Лунный камень брошен В пустоту вселенной. Черный дым излечит Жар дневной палитры. Спустится по венам Тусклым серебром Звездная молитва Да зальется ветром Таинство ночи. Лишь глаза поэзии Режет вдохновеньем, Обрывая мрак, Бродит ходом крестным Зарево души, Ищет в тенях знак, Знак благословенья На строку больную Певчего в любовь, Там в кромешной темени Солнцем разрисует Прорубь тишины Друг крылатой девы.
Вектором холода утро В сердце вонзилось, Рассвет Оповестил петушиный Окрик, Мир вскинул забрало. Дрем я не смею прервать Дух мой полуднем восходит, Лишь Ко движенья стезе. Ночь черноглазая ближе Моим усердиям скромным, В ней нахожу я родство И созидания повод. Мать моя темная, скоро Сын твой вернется к тебе, Ныне заката гонцы Ранние, осени правом. Сызнова будем мы рыскать Во философии звезд Ветром раздумий прекрасных, Когда пребудет со мной Таинство лунной печали, Как благодатная чаша, Полная серебра Образов непреходящих.
Нацедилась закатной кровины, И в лунную топь опустила десницы, Зализала окно гуталином, Да забилася черною птицей. Приютила огнем маяков, Разбросала липкие сны, Пролила на канаты усталых дорог Молоком-серебром звездный дым. Натянув тетеву одиноких молитв, Промочила крылья дождем, Обернула слезу, сиплым ветром простыв, Да упала печалью на дно. Проползла по душе ледяным сквозняком, Хорохорясь в дикий припляс, И встречая с порога, ласкала хлыстом Фонарей, в мраке заспанных глаз. Ночь-тигрица разбила шатры, Заточила когти безмолвия, Ночь-тигрица крадется тропою луны, Снаряжая глухое застолье. Ночь-тигрица стирает окурки свечей, Да сбивает азарт огня-громовержца, В клетке хищной тиши, задувай жар речей, Я тебя отпускаю, дыши мое сердце.
Швы расходятся. Небо плавится. Солнце сбрасывает чешую. Вином капает да не кается поле дикое по утру. Ночь под ломками отрекается, все плюется талой луной. Где ты звонкая песнь разгульная, сердце мается, дай-ка бой. Очи светлые слизь небесную расстреляли да выжгли дола. Скука бледная, сука пресная, порублю тебя в щепь на дрова.
Очищаюсь в снег, проветриваюсь в полевое солнце, отрекаюсь от пыли сомнений. Сегодня рассвет, изливаясь румяными космами, утопил мое сердце в наслажденье тобой. И мгновеньем оставив бархатный шрам, я иду восхождением света к ослепляющей ласке твоей... к мере безмерного, к исповеди страстью летних лугов, к вере в уют ледяного неба возлюбленных ночи...
Одетая в воздух танцует священный танец любви... (в постели луны взятая мягкостью света) одетая в воздух срывает плоды истерической ночи... и каждый день, жертвой рассвета, одетая в воздух бросает свой храм, исписавшись до точки в поэзию дьявольских ласк и ангельских гамм... чтобы завтра снова творить рождение красок любви в радуге ночи...
Один путь на двоих, Одно время в упряжке, В тишине, как в рубашке, Остальное незримо... Одна боль пополам, Одна радость в узде, В пустоте, как на дне, Только взгляд, словно храм Освещает сердца... Один день - ты да я, Одна ночь нога в ногу, В никуда, как в дорогу, Только взгляд-колея Нитью трепетной вышит...
Я офисная крыса, Я канцелярский клещ, С экранов монитора я слизываю день, И в трубку мою дышит Заболтанная речь Под ритуальным слогом, Обвитым в канитель. Мой дворик постоялый Изгажен в рой бумаг, Из телефонных веток Я складываю храм, Со мной сидит бывалый, Ему все, просто так, А мне от этих меток, Как воском по глазам. Я странное созданье, Я труд, эфирный труд, Я ветер без призванья, Гулящий по углам, Я вижу манекенов, они храпят и жрут, Эх, мне бы их старанье, Да, только все не там.
Как экстатическая единица вдохновения - небрежно-лунный взгляд, отравленный желанием любви, брошенный незнакомкой на расплавленной остановке июля. Шоколадный воздух дистанции, незримая тайна губ, кричащих сквозь тишину - это он, он, что окутал дыханье сновидицы ароматными розами вечной ночи. Ее мир, истекающий юным вином солнечных струн Андалузии под панцирем внешнего льда, опьянено ютится в мгновении воображаемого наслаждения, чтобы через секунду вспорхнуть тяжестью пыльной зари городских уставших сердец на подмостки маршрутки, унося с собой миф неприступной богини алмазно-звездного одиночества.
Через порог восприятия Бредет одинокая тень, Тень костров и молитв
Опять с начала, Опять с исходной, Душа томилась Судьбой голодной, Душа кричала И рвала петлю, А жизнь молчала Дорогой ветхой. И все с начала, Опять на рельсы, И нет причала, Лишь скат отвесный, И вниз, как в омут, И вниз, как камень, Опять на голод Дышать страстями. А где-то сладость Поет да пляшет, Но только слабость, Но только с фальшью. За эти строки Убил бы ветер, И одиноко И ждать рассвета. А кто-то скажет, А ну все к черту, По телу сажей, Сгорай, залетный, Да только братцы Душа кричала, Ложилась краской, Чтоб все сначала...
Опять ты ждешь, что завтра расцветет Твоя душа под новыми тонами, Но вот идешь, идешь, идешь, идешь, Не оставляя ничего за нами, А что-то там на лезвии ножа Скребет разлукой и выносит в память, Чтобы порвать тебя, пока свежа, Моя душа, и в омуте разбавить. Над алкогольной серою тоской Я взгромоздил пространства и понятья, Опять уйдешь ты завтра на покой, И может обретешь во сне приятье. Но меня гложет эта тишина, И не дает покоя голос плоти, Крадется мир по лезвию ножа, И увязает ложью, как в болоте. Свечой в луну тоскливо пропоет Над бледным сумраком дыханье сигареты, Опять ты ждешь, что завтра расцветет, Но, лишь изводишь просьбами рассветы.
*** Я преступаю черту, Я смотрю, что там творится За горизонтом видимой условности, Я преломляю небо, И в глаза льется струя солнечной воды, Я подношу спичку к зрачку И взгляд вырывается Из темноты пещеры лживого Эго Птицей, легкой, как ветер, Стрелой, неисповедимой, как Господь. Я преступаю черту, Я тону в невесомом восприятии Нового дня, освещенного неизведанным, И оттого прекрасным, Как румяная плоть Заката. *** В моих снах Тяжелой луной Опускается сессия ночи, Я вижу серебряный путь На густых, черных коврах Многоточием звездных клякс. Сочные гроздья свежести Питают душное сердце, Влагой пустого пространства Омывается нежность Пустыни дорожной. Можно кричать И никто не услышит, Можно резать вены, Никто не проснется. Все ближе Пропасть ума, Бездонное свойство вселенной. *** Забудь свое тело, Забудь свой разум, Плесни себе покрепче, Продли свое желание, Похоронив невольничий обет. Твоя звезда пылает Богатством красок лета, Она срывает связки От жажды этой ночи, Она блуждает праздно В сиюминутной слабости. Отдай свою невинность На поприще любви, Засахарившись в страсть. Беги, беги по краю И дай себе упасть, И дай себе разбиться О камни естества. *** Солнце в синих простынях (Дикая ухмылка света) Обстрекало спину желтым, Лучезарным стеблем полдня. Я изжарен пеплом неба, Я томим сухим прибоем, И затрещиной дождя Бредит разум, сбитый с толку. Плачь, небесной кладовой Страж хрустальный, Плачь, скули, Видишь, воля на мили, Я сдыхаю от пожара Трупных ядов городских. *** Сделай мне больно И я напишу тебе о любви, Я расскажу тебе о молчании Рожденном в бессилии. Отрежь кусок прошлого От мягкой ткани души И брось его мне в лицо, Уходя в свободное плаванье, Но только вначале прочти Кривые буквы в блокноте моих седин.
Румяный вечер стынет мирно, Глотает космы горизонт Солнцеворота, звездной тиной, Уж скорым часом ночь всплывет. Роняет свежесть лик небесный Подвижной рябью ветерка, Готов сфероид тяжеловесный Луны взойти, издалека Стреляя серебром туманным В гранат закатной пелены, И тонет невесомо-плавный Бордовый оттиск, меря дни. Сточились суеты потуги, Осела пыль дорожных пут, И разлилась простором смуглым Предтеча колыбельных сутр, Благоговейная сонливость Густых лесов, цветных лугов, С ней черной мантией забилась Плоть ночи в ледяной остов.
Колокольным звоном с молитвою Я врачую хворь обуздавшую. Созерцаньем радости полной У святого лика Небесного, Примиряюся с непогодицей Души маетной искушением. Собираю на исповедь Прегрешенья невольные, Силюсь верой целительной, Да пророчу в стихи.
Осыпаюсь перхотью снегов В кашу придорожную, Расскажи мне про свою любовь, Тишина таежная, Я с тобой венчаюсь по весне, Разбредусь по хвоям, Зализавши шрамы на лице Волчьею тропою. Натянусь протяжною струной, Да в сквозняк прорежусь, Что дыханьем свежим, как свинцом, Пробирает вежды. Соль земли, просеявши огнем, Серной пожну в травах. Тишина таежная, Пойдём, Помолчим о главном.
Надломленный, хрустящий сук дороги. Седеют облака в морском разливе неба. Тряпичный ветер раздувает кровь полей. Рассвет свирелью падает под ноги. Рассвет дымит румяной коркой хлеба, Ключей огранкой режет швы ночей. Жужжит пчела, цикада точит воздух, Дорога водит за нос мудрецов, Дорога верит, только поту с пылью. Рассвет сплетает мне пшеничный посох, Ромашковым настоем с багрецом Пьянит и жмет к земле, чтоб взмыть под синий Ковер, в небесный взгляд, В приток Востока.
Эфирный вечер. Березовые струны ветра настроены на запада огонь. Наречие рябинового света сливается в бутон закатной розы, и пленники огня летят с откоса взгляда в эфирный воздух. Ночной костер, слепя размякший разум, подбрасывает хвороста созвездий и лунной кислоты помазанникам бездны, посланникам любви, холодной и последней, и жемчугов песок и серебра ладью разносит черной гривой, на посошок, на вечную звезду, на вещее бессилье пред глазами сердца.
Не прячь сердце От моей вести. Где ветер глотает пыль, Где ночь стройна, Как черная месса, Там кто-то кого-то любил. Где песни живут В полуденном зное, Где бродит пастух откровений, Я видел огонь, Я грел им покои Глаз, исполненных неба. Не прячь слух От моей вести. Где ветер глотает память, Где ночь светла Свежестью месяца, Там кто-то сердце оставил.
В доме моем лунная гавань, В окнах моих звездная пристань, Там, за кормой, ночная плеяда Гонит смуглую рябь по карнизу. Там, в парусах, сонная мякоть, В рог тишины колокольню дневную Разом скрутила, чумазую слякоть В вязких глазах смолою рисуя. Выползли тени, сбились громады Многоэтажек в горные бивни, Я умываюсь звездной рассадой, Я натираюсь лунною пылью. В доме моем греются свечи, Окна мои отражением машут, Сердце мое выпило Млечный Путь и теперь по небу пляшет.
Полечи меня, радость, от этих бездушных очей, Что глядят волчьей сворой в потоке дневных перекрестков, Я сбежал от них в пустошь бессонных и длинных ночей, Я открыл себе маленькой гордости брошенный остров. Там неспешно гуляла моя позабытая грусть, Заплетаясь в курчавой листве и измятой траве, И просилась на волю душа, вдруг почувствовав вкус, И плясала в обнимку с луной в мутно-синей воде. Полечи меня, радость, найди в тверди сердца любовь, Что запряталась где-то в мелодиях порванных струн, Из не виденных и не прописанных памятью снов, Под замками твоих и моих недосказанных дум.
Красное, как кровь, вино - это твой закат провожает меня в ночную степь. Движения свободны и легки, словно языки огня. Я растворяюсь ароматом трав. Сладость мгновенья льется на сердце прохладным дождем. Горный хрусталь взгляда ласкает твои плечи. Образы из осколков древних святилищ питают губы поэзией. Принеси мне свое откровение полной чашей любви. Мне всегда было мало средней величины, я хочу через край умываться твоим светом, я хочу находить тебя в каждом кадре души нежного леса.
Аккордом холодного неба Дожди собираю в кулак, В серебряных струях, как в струнах Мелодией нервы вяжу. Прощай ненасытное племя, Где с Паном разгуливал Вакх, Где лился вином ветер лунный, И прятался черт в паранджу. Последняя песня слетит с языка, Словно сбитая птица, Последняя песня, как горе-весна, Сползет водной тушью. В парах пожелтевших страниц Я оставлю свое состояние ветра. Аккордом безумного моря Ловлю на удачу прибой, В волнах, словно в нотном разгуле, Ищу звукоряд для печали. Прощай, Аполлон, и позволь мне Содрать звук и вынув покой, Сыграть тишину дикой пулей, Что связки срывает молчаньем. Последняя песня слетит с языка, Словно сбитая птица, Последняя песня, как горе-весна, Сползет водной тушью. В парах пожелтевших страниц Я оставлю свое состояние ветра.
Был вечер, сгусток зорьки хмурой На стыке неба и земли Обмяк звездой кроваво-смуглой В потоках огненной пыли. Ночным дыханьем реял ветер, Сплавляя гарь движений дня, И километр за километром Рядилась в лунный свет земля. И вот накрылся черной дымкой Небесной мантии фасад, И только лунные морщинки С его туманных черт глядят На тишь, отлитую в железный Ночной пейзаж под звездной бездной. И в этой мертвой тишине Покой стучится сном ко мне.
Платье из плача - дождь. Лира из листьев - ветер. Колокол волн колет берег осеннего света. Тени аллей - саван. Холод зари - злато. Жатва звездного тлена в купол осеннего мрака. Посох из воска - свеча, что освещает молитву. Косы из россыпи ветра в ночь заплетает лира.
Усталыми якорями цепляю по дну у берегов твоих... Пристань для двоих... Меня принес Борей в своих объятьях диких сочувственным крылом. Он слышал о любви из уст моих соленых, что воспевали дом, где ожиданьем нежным проникнута печаль. Он парус белоснежный дыханьем наводнив исполнил силы прежней... Усталыми якорями бросаюсь к берегу у ног твоих... Пристань для двоих... Ведь мы так верили...
***
Средь пестрящих лугов раскрывается сердца бутон,
возложу его нежно в ладони твои,
пусть в нем пламень любви расцветает.
***
Поют лесною флейтой родники,
шумят мохнатых елей исполины,
как призрак я крадусь в местах заветных,
неся любимой верность в своем сердце.
***
Ослепляет лазурь полноводного неба,
и восторженно плещется солнечный день,
когда встречу мне с ней предвещает судьба.
***
Стонет прибой,
смуглый берег обносится ветром,
скалы мрачно вздымаются каменной глыбой,
ты стоишь на холодном песке,
душу рвешь ожиданием тщетным,
как тебя обнадежить, когда
меж тобою и мной бесконечность земля распростерла.
Прожигатель слов 1 Дыхание Индифферентнее, безучастнее, Как русло реки. Золотые прутья впустят Глоток неба, Обезображенного Зимним дождем. Ожидание благословения ночи, Горькой кофейной гущи, Чтобы уйти за пределы видимости. Вчувствование в пустоту дороги. 2 Заметает белым шелком, белой сыпью, Белой резью Лабиринты, отпечатки, мысли-формы Прошлогодних сновидений. Переезды, переезды, Эпизоды, эпизоды, Бесполезность Страхов, боли, Многоточия и слова, Только звезды, только звезды Одиночеством стальным Прорываются с глубин Небытия, Да белый дым В лиловой розе Продирающей зари. Скол, обломок декабря Туманно пляшет за окном. Умри, умри Гололедица-душа, Я воскресаю сном... 3 Изнеможение, Растекшиеся Самозабвением. Фразировки метели над ухом. Слезоточивое Брожение Глаз. И не звука До ночи, до встречи с фонарным стеблем, Распустившим тюльпан лимонный В глаза, в окно Спальни, где остывают ее следы, В которых музыка бредит исконно. Но моей вселенной, Если есть таковая, Ей, все равно... И все равно продолжает движение Небосвод, лакая Вино Из сосудов случайной любви. 4 Беседы Альфреда Шнитке - Как вечерний воздух Летнего побережья Санта-Сусанны, Долгожданная Свежесть, легкость, плавность Души, Страницы потерянных книг, Открытые заново. Звукоряд утешения пряностью Вкуса нездешнего, Сладко непознанного Паутиной нейронных сетей. Когда иней соцветьем Плетет обморожение солнца, Когда литрами Выливается желчь с перегонов, А в окне, Как в тире, Однообразие лиц Без внутреннего объема, Когда теснота города светит Навязчивым соком неона, Когда живого общения облака с облаком - В обрез, не резон, не сезон, Я вспоминаю беседы Альфреда Шнитке, О голове, Вытащенной из этого мира, И ее носителе, Оставшемся в нем. 5 Дрожь возбужденья От искры рожденного творчества, Мгновенье свободы В нотной партии Под руководством маэстро Небесного хора. 6 Разбирая старый хлам, Обретаю себя. С пожелтевших страниц Осыпаются строки памяти. Вечер стучится к нам, Слышишь ли ты меня Сквозь темный осадок пьяного Месяца? Лестница, Ведущая в холод. Боль, Ведущая к просветлению. Вдохновение, Ведущее в никуда. И звезда Над нами Молча льется ночной тишиной. Одиночество скрасит путь По волнам ненасытных огней Городского безумья. Привкус кофе и табака. Рука Дышит неровно. Старые вещи - Вещая Пыль. Обретаю нервные струны Сна. Слышишь ли ты меня? Все возможно, Когда Любовь обжигает вены. Наша маленькая вселенная Бьется на ниточке истины. 7 Хочется смотреть стеклянным взглядом На прозрачный воздух, Набрав в легкие пар молчания. Хочется, чтобы рядом Проплывало облако, И Господь, проливая дождь В сухие ладони, Показал мне последнюю пристань, Пристань потерянных душ, Что осенними листьями Разбрелись по мокрым дорогам, Влажным аллеям. Это блюз, Сыгранный на одном дыхании Бессонной ночной стихии, Это стихи, Написанные из-под рубца Беспричинной тоски, Тоски по забытым пейзажам Неба... Верю или не верю? Ответ будет завтра, Когда прокричит рассвет Близость весне. А пока - Стеклянным взглядом В упор На призрачный ветер в окне... Точка. 8 Ночные кошмары - хороший опыт Самопознанья вскрытого сердца. Январский сквозняк - играет слогом. Новые песни, новое место Всегда расскажут тебе большее О мире льда, о прозренье и счастье. Туманное завтра, забытое прошлое Расставят акценты без красок и фальши. Душа в разрезе ночным перекуром Прохлопает крыльями к сонным крышам, Взорвется, прыгнет, растянется пулей, И все откроется и все услышится, Как и тогда, на перекрестке Любви и боли, надежды и лжи. Опять вопросы, ребром вопросы, Спасибо, Господи, но все же скажи В молчание черных окон... 9 Я скукой зажег в себе яд перемен. Если хочешь со мной засыпать - Научись со мной просыпаться В наваждении и безумии. Сколько дверей, окон и стен, Но мои прорисуются Тенью В отдаленном углу морских скоростей, Там, где воздух пропах сырой глубиной. Далеко ли еще? Постепенно Не выйдет, только рывком За грань понимания слова. Я скукой зажег в себе яд безнадеги И снова ушел, ушел снова В закат... 10 Перестаешь записывать - Фиксировать бессознательное - Хрупкую бабочку, Солнечный зайчик, теряющий лето, Разбивающуюся волну у дикого берега. То ли лень, то ли сознательно Губишь обретшую жизнь строку, Эту короткую ленточку света В туманном утреннем настроении, Когда ноты сами ложатся сюитой, Наливаются соком души. То ли вечность открытий Оказалась, лишь следом на карамельном песке Пустыни, Поглощаешь литрами Винную кровь, что на деле вода. Пульс в виске кардиограммой выстрела Чеканит ритм бесполезности, И всегда - уже никогда, Что в итоге не знают различья. Обезличенный Воздух И посох Соломенный...Вчерашние мысли Умирают, Ничтожны в правах. Повсеместно - Только Я И летящая пеплом ночная птица - Немая сталь. 11 Удовольствие - это горький мед, Тяжелая ноша кратковременной легкости, Но все же, лучший наркотик - боль. Рассужденья заводят в тупик, Неведенье сводит с ума. Настроив снежную четкость Январских обветренных глаз, Я вижу мир через них Одиноким и жаждущим чувства Избавленья от сладости и полыни, От логики и абсурда. Я вижу свет на заре зачатия мира, Этот свет - бесконечная тьма и простуда. Пространство квартиры Заполнено мудрой Январской ночью. 12 Заключи меня В свои снежные Объятья, Окропи меня Ледяной Молочной влагой, Мы сегодня поем о несбывшемся благе И о будущих прегрешениях, Мы сегодня плывем по воздушным холмам И твое лицо укрывают ветви Склонившихся хвой. Помоги различить твое нежное лоно, Его огненные языки, Его трепетное придыхание. Срывай беспокойно Прозрачное платье И неси чашу горькой любви Мне к устам, Что глотают вечерний напиток Обнаженной лозы. 13 Утренний апельсиновый дым, Утро сочится радугой, Ладаном, Жди непременно беды... Грязь, изъеденный лед, мокрый снег. Щенок, лежащий у двери разломанной костью. Обида, налитая кумачовой кровью, Застывшая каменной монолитной кладкой В распахнутых ребрах - Это бессилие, это гнев, это жалость. Мне вспомнилась смерть, Хоть ее я не помню, не знаю, но воздух Пропитан ее заботой, любовью, Укладом, порядком. Звонкая боль плещется с улицы. Кто я? Мяса кусок да порох В горле, тень да усталость. Вот и все, приложись и скачусь горсткой праха, К земле, одним махом, Одним чувством прекрасного ужаса. Посмотри на щенка, он гораздо сильнее тебя, Он смиренно глотает последние капли Тяжелого черного ветра. Он знает, чуть погодя - Занавес. Зачем же он борется За последнюю искру взгляда В безразличный марш мимо витрины Его увядания? .................................................................. ....................................................................
Я проснулся в утробе матери от передозировки, висящего, где-то за горизонтом ее глаз, синего неба; на меня обрушились стены мира, нервом душной свободы, где каждый бредет по своей, отдельно взятой пустыне. Здравствуйте, но я ведь вас не просил. Здравствуйте, но я ведь даже не знаю, хочу я того, или нет. Здравствуйте, убийцы моей невинной природы, моей пустоты. Кажется, кто-то задумался (или сделал вид)... Я явился на суд присутствующих обрезанной пуповиной молодого августа, на рассвете, в шестом часу, пленение кислородом, будто наждачной кожей, резало горло - самое лучшее время для отпуска (слава богу, тогда, я еще не мог этого знать); наверное, ночка выдалась жаркой - с тех пор, я люблю ночь. Кажется, что люблю... При рождении, вся моя жизнь, будто пронеслась у меня перед глазами, но, к счастью, я все скоро забыл, ведь знание будущего не освобождает от ответственности, иначе, возможно, Вас, читатель, для меня, здесь, никогда бы не существовало, здесь, в оптоволоконном удаленном доступе, меня, получающего авторский грош внимания во имя бессмысленных слов. Кажется, что бессмысленных... И вот, я подытоживаю сгоревший момент, секунду, умираю в нем, в ней, подсчитываю ступеньки безысходного очарования, и неловко спрашиваю себя: верит ли в нас еще Бог, как верят эти старые оловянные звезды с обрыва вечности, как эти лебединые облака, громоздящиеся на геральдике горных щитов? Кажется - да...кажется - нет... крещусь, в точке схождения линий жизни, спроецированных на пыльную книжную полку с историями болезней, и закрываю глаза на давление света, открытого даром улыбки.
Чувствуешь, как пахнет весна, Как спелые розы в твоих волосах Запутались лаской ручьев, Как ненасытна их красота Простоты гениальной природы До преклоненья к тебе, И твоей погоде Солнечных писем апреля, Как они верят Твоим глазам, остывшим в грусти священной... И весны ощущение Спускается в твои объятья, Как оно кстати К твоей улыбке, пронизанной далью, Красочной далью сердца... Знали бы, Знали бы только руки, нежность твоей любви, Спасение от пустоты и бегства, запах свободы, Пламенной вестью Сгорели б тогда уста, Что поют о тебе псалмы Разлитого полдня.
Знаешь, мне так хочется сказать О том, в чем слова обычно терпят крах, Разбиваясь о свет золотого молчанья, Собираясь жемчугом нетронутых глубин. И на устах Оседает пыль святых дорог, Ведущих в преисподнею желанья, Нежность вин Из виноградника сердечных благ...
Я нарушу обет молчания, Я прорвусь миллионом стрел К твоему сердцу...
Пьяное просветление На хмельную вотчину, Ты мое спасение, Ты моя обочина. Разливай по вечеру, Да гуди по утречку, Мы с тобой полечимся, Пустим все на дурочку, Пьяное просветление, Где твои пророчества? Где твое спасение? Съело одиночество. Дозою заправскою Охмурили полчища, Не пойду в отказную, Век надежд просрочил я. Зелие поганое Проливай цистернами, Начали забавами, Кончились похмелием.
Змея в лоно. Обжигающим током хлещет пламя по венам. Сладким стоном напиток забвенья переливается из вечера в ночь. Минералы губ разбиваются заклинанием продолженья. Листопад судорожных прикосновений в сахарном воздухе. Волосы падают бархатным снегом на тело в соках росы. В огненных косах ночной девы семя солнца.
Распинали на сердце любовь и надежду, Провожая чумазый закат, Возбуждались на кровь и похабную нежность, Пьяным заревом били в набат, Скорлупой показухи плодили легенды, Восхищались хромой красотой, Пережитки души искромсали на ленты, Схоронив омертвевшей весной. Оплевав простоту, возвели в ранги глупость, Приценили совесть рублем, Развели по углам недоверье и лютость, Проедая друг друга живьем. И обманная свежесть гнилого пространства, Заливая глаза, усыпляла умы, Как чума, зарывались во смраде мещанства, Истекаяся желчью слюны. Но пришел час, когда растворяется небо, И крошится земля в серный прах, Мы просили тогда о воде и о хлебе, А спасение было в ногах. Мы бежали до края пустого оврага, Кто-то падал и кто-то вставал, Скрылось солнце, а мы еще верили в благо, Но его уже каждый продал.
В гранатовых сумерках, в налитых свинцом звездах Сводит мосты август, Бродит сквозняк аллей Прохладной дымкой листвы. Небо тряпичное грозы Режут на пазлы, Как вены. Август сжигает мосты, Август пылает сердцем глубокой ночи. Кожу аллей поцелуем украсит Влюбленная полночь губ. Взгляд обесточенный Темно-Мариновых глаз Пляшет Вокруг Твоих воздушных созвездий, Созвездий желаний. Бездна Над нами, Под нами И в нас.
Разбуди меня поутру, С первым вздохом зари огнепалой, Когда вскроют свою наготу Переливы небесные храмов. Отведи меня молча к ручью, Смой сонливость хрустальною влагой, И я сердце свое отпущу, Кочевать по полям златоглавым. Воротится когда оно в дом, Приюти его сытным обедом, Разведи в камине огонь, И согрей теплотою беседы.
душа - крылья обрезали свет - тьма станет ярче любовь - мягкое, нежное дождь - точки на платье точка - размерность смерти смерть - шутка природы деньги - деньги на ветер море - ждали погоды вена - змеиное логово время - кривое пространство тело - находка ума мера - порой пресечения голос - скрипка для срыва взгляд - отражение света лето - всегда уходило осень - в сердце поэта ложка - если бы меда чаша - терпкостью свята поезд - присядь на дорогу голод - по стопке на брата корень - узрев спохватиться доля - вечность с горчинкой поле - кровь на землице ворон - темень до свиста тьма - свет станет гуще сон - где-то и между звезды - сказки в фольге кость - в горле надежда тень - скинуть одежду ветер - в поле найдется ветка - петлею цветущей счастье - все обойдется джаз - осеннее солнце дым - все, что на память вечность - воздух апреля миг - вот он, поймали? стук - закрытые двери слух - слухами вскормлен медь - закатное пламя плеть - наживка для боли золото - в строчку для клетки тушь - ночь на бумаге в сотый - раз повторять горсть - ни много, ни мало горы - свернуты кем-то листья - брошено в парке реки - душой безбилетной волны - к судьбе, вероятно завтра - само позаботится раньше - память бесхозная дальше - громче пророчества ближе - только, лишь звезды сердце - биться о камни камень - срез созерцанья слезы - женская гавань гавань - чайкой прощальной песня - кто бы припомнил бездна - кто бы отмерил мудрость - если бы к месту глупость - чуть не поверил нервно - значит влюбленный ангел - небу виднее нежность - женщины знают дьявол - переболеем первый - будет последним силы - только б хватило света - концов не сочтешься пепел - на голову ливнем рана - знать глубину бы рано - Бог подает старость - два к одному плавно - жми на курок опыт - не греет иллюзий водка - гадость без пива пьянство - творческим будням трезвость - слишком красиво разум - грешное дело знанье - сыр в мышеловке чувства - сыграл неумело искренность - тоже сноровка жизнь - без него не случится сквер - без влюбленных не дышит город - мертвые лица окна - вдруг и услышат чудо - все еще живы чадо - значит не просто четки - Он то услышит вещи - хватайся за воздух вещий - слепым дарованье плечи - было б взвалить что вечер - щедрость свиданий свечи - снов бездорожье ноты - шрамы гармоник буквы - вскрытые вены струны - рвать по живому письма - привкус терпенья парус - крылья вернулись берег - зал ожиданья порох - в бочки, да сядем пробу - перьями сдали искрой - вырезать пламя планы - строить, что рушить лучшее - не за горами худшее - там же услужит маска - моя наседка ласка - редко, да метко краски - в топку рассвета руки - в закатное пекло локоть - вместо плеча пальцы - струны заплесть ноги - не чувствует полдень холод - ночи не счесть жажда - не перебьется дважды - что-то про реку в пропасть - с чистой молитвой кома - ждите ответа угол - сгладил дорогу падал - все без соломы тише - помехи в эфире слово - Господу Богу угол, корень, кость, камень, краски, кома, нервно, нежность, ноты, ноги, голос, голод, горсть, горы, гавань, город, звезды, завтра, знанье, холод, вена, время, взгляд, ворон, ветер, ветка, вечность, волны, вещи, вещий, ангел, поезд, поле, плеть, песня, пепел, плечи, вечер, письма, парус, порох, проба, планы, пропасть, падал, реки, рана, разум, осень, опыт, окна, листья, ласка, локоть, джаз, дождь, доля, дым, дальше, дьявол, дважды, жизнь, жажда, чаша, чувство, чудо, чадо, четки, свет, смерть, сон, счастье, стук, слух, в сотый, сердце, слезы, старость, сквер, свечи, струны, слово, море, мера, миг, медь, мудрость, маска, искра, точка, тело, тьма, тень, тише, ближе, бездна, буквы, берег...
Что я знал о любви без тебя - шепот странствий, приют северных звезд, усталый язык от вина и словесной меди в разговорах с самим собой. Что я видел - берег чужой реки, черной пастью ночной океан, без надежд на рассвет, и сухая стена, за которой сплелась души паутина. Открой, я принесу прохладной воды утра, пряной травы лета, нежного хлеба веры в твое завтра, мы будем петь вместе с лесными птицами, словно младенцы. Впусти на порог, я оденусь весенним ветром, умоюсь юным дождем, и снова рассвет застанет меня в круге любви, в доме твоего сердца, в воскресении солнечных дней Атлантиды. Напомни, напомни мне, мы жили когда-то в раю, но ад стал так близок, ввиду нашей собственной лжи самим себе. Что я знал о любви без тебя - темные кроны деревьев в музыке мертвых парков, числа, числа, которыми я отмерял свою жизнь по направленью к тебе. Видишь, как тает вечная мерзлота боли, как вянет пепел в рождении на обожженных лугах сладких цветов. И музыка, снова стала светла, ожив раскаленным свинцом горных ручьев, и музыка стала моим продолженьем.
A F A Run, little one, run, Run in its hell, A D A There you wait narcotic god, F E His name - a steel stinger of the silence. There you wait night desert, There you wait moon orgy, Run, little one, run, Run to its dark daydream. G F E Your world chokes, Your world is doomed, A F A Run, little one, run, While your world was not crushed curse. Silence already waits for door, Silence of the sweet vacuum, Run, little one, run, Burn Itself more, more, more... Run, little one, run (Беги, малышка, беги) Беги, малышка, беги, Беги в свою преисподнюю, Там тебя ждет наркотический бог, Его имя - стальное жало безмолвия. Там тебя ждет ночная пустыня, Там тебя ждет лунная оргия, Беги, малышка, беги, Беги к своей темной мечте. Твой мир задыхается, Твой мир обречен, Беги, малышка, беги, Пока твой мир не обрушился проклятием. Тишина уже ждет за дверью, Тишина сладкого вакуума, Беги, малышка, беги, Сжигай себя больше, больше, больше...
...нас омывают потоки жарких Нильских вод, костры из желтых лилий оста, в раскрытом небе стаей мчащихся огней альпийские созвездья... Завтра, уже не будет... ...пока он еще на плаву, пока он еще рисует рукой по небесному атласу... ...в розовом кварце вечернего неба глаза ловят лекалом дороги молоко бесконечных полей... Будь моим гостем посланец свечи ледяных фонарей... Пальцы твои скрестились Полярной звездой... Спальня, где остывают ее следы... ...пока хмельна крылатая тайна цыганской души, как виноградная гроздь... Без ее света - тайгой задыхаться, без ее рук - Арктикой бредить; кровь - как вода, движения - тень... Мы укроемся в бархат метели... В изморозь глаз - рек остывшие вены... Излиться в серебро прорезью света...
Шел легкий снег, ложась периной ватной, Мороз сверкал, как звезды серебром. Мы шли вдвоем, мы шли с тобой обратно, Я сбился счастьем, счастьем об одном, Что этот миг застал немой душою, Испил до дна, прижал к сухой груди, Как мало и как много - ты со мною, И поцелуй надежды впереди, Что вновь вернешься сладким созерцаньем, Что вновь в уста вольешь трепещущую кровь, Шел легкий снег, да теплых звезд мерцанье Вонзалось в сердце, ставя на любовь.
Шлейф самолета на айсберге неба, белая лента, плывущая снежным туманом за горизонт индиговых рощ. Я провожаю льдом на ресницах нервных твое молчание, твое признание ереси слова. Я собираю дрожь с твоей холодной руки, одевая в ласку июньской травы эпизоды прощания. Шепчи мне глазами печаль одиноких гор, грусть сиротливой волны океана безлунье глухими ночами, шепчи мне, я излечу твои раны я соберу слез твоих соль, как дрожь с застывшей руки. Пусть ветер кашлем солнце задул но у меня есть снадобье теплых аллей, ведущих к кострам надежд и прощенья, у меня есть дар отреченья от своего дерзкого сердца, ради твоих ласковых струн, поверь. И когда сердце насытится болью, когда догорят последние свечи призрачной ночи, шлейф самолета исчезнет в ультрамариновом море, ты обернешься... прощай, до свиданья...до встречи...мы снова...
Скажи, Кто написал твой образ В моем сердце, В нем пригрелся Сладкий мотив. Прижми Руку к груди горящей, Ветер спящий Сколыхнется, Нежность впустив. Открой Глаз бездонное небо, Освети мне Мою веру Хрупкой любви. Со мной Тысячи откровений В одном слове, Лишь позволь мне Их донести.
Влажные от любви волосы на обнаженном метафорами мясе повседневности. Если ты ничего не поймешь, то знай - что слова, тоже чувствуют боль и нежность, но по-своему. Наши рощи пьяны от стрекоз и пыльцы грехопадения. Нитевидное солнце на крыльях бабочки - ее печаль. Сердцебиение безутешности - та же надежда. Веришь? И в конце, нас ожидает прекрасный сон, но она, верит в перерождения. Ночь в саду обливается маслом луны, ускользающая, как и все слова, что я подарил ей, как чернильный след на бумаге в ее руках...
Испеки мне лето пряное, Пропитай его медом солнечным, Здесь под вьюгою, сукой пьяною, Что впрягает сны диким полчищем В стынь сугробов, мне совсем не спать, Мне совсем не петь да не пить свет-сок Из утробы дней, что чернуха мать Нарожала лихом, наблевала в рог. Но, а ты не плачь, не сади уста В горечь острую да глухую боль, Я тебе нектар с мятного листа Окроплю на грудь лесной тишиной. Наскребу тепла с нежно-мертвых рук, Обниму в прибой свечки гаснущей, Слышишь, милая, льется колкий звук, Ледяной аккорд, смертью пахнущий. Но забудь о том, не на том стоят, Не с того дышать нашим встречам вновь, Опрокинь мне в боль хмелем летний сад Да дурман любви, что дурман цветов. Тропы ясные, заплутавшие, Слог подкошенный, хоть еще кричит, Мысли буйные, хоть уставшие, Сладость новая да, как встарь горчит, Только ты жива, как и некогда, Только ты жива, моя светлая, Только ты видна из-за облака, Из-за серого, одинокого, Беспробудного, беспросветного, Когда зимний стон мажет петли мне. Как и некогда, моя светлая...
Снежное сердце Настроит метелью свирель, Снежное сердце Забьется мелодией вьюги, Где-то во льдах Ветер устроит постель, И стужа супруга Сойдет на белое ложе. Платье хлопчатое В холод заправит зима, Блеск серебра Сбросит в дорожную пустошь, Снежное сердце Справит смиренье огня, Солнце придушит, И вскроет меловые ножны. Снежное сердце Сны опрокинет на храм, Где пьют во славу Терний душистого лета, Где-то во льдах Иней цветет, Хриплый ветер Носит во чреве печали Весенний плацдарм.
Я прах, ничто, песка по ветру выдох, Я собиратель горизонтов и закатов, Мне пена из подножия Киприды Смочила слог соленою заплатой. Я стон тумана, переплавленный рассветом, Я дегустатор дыма сентября, Что канареечной звенит монетой, И разбивается мелодикой огня. Я беглое, потерянное лето, Вечерних теней ржавая тропа, Я отливаю черные куплеты, Чтоб осветить их пылью серебра. Я вдавлен в медь земли рукой Его, В плевок небес, в початок плоти с кровью, Что ищет человека своего, Из праха, но с душой живой до боли.
Тесных улочек томный покой, Темные арки умолкших дворов, Опочивальня глухой мостовой, В проблесках спящих фонарных столбов, Тянется вяло в Селеновой дымке, Промеж гряды колоссов-домов. Звездный зефир трется в развилках, Дремой укутав витринный покров. Тверди небесной, застыв, изваянье, Град сервирует, в отсветах своих, Зрелищем мертвенно мерных созданий, На заготовках полупустых. Сердце недвижно доменных кузниц, Стынет жарынь душистых пекарнь. Томная сдержанность узеньких улиц, В собранных грезах ночных икебан.
С кем ты, моя вера, Строишь мосты в правое, Делишь кровную участь, Пишешь свою мудрость, Празднуя в пламенном славное, Снося побои пеплом, С кем ты, моя заветная. В чем ты, моя мера, Сколько отсчитывать блага, Сколько заимствовать зол, Дабы найти покоя, Если гостей незваных Встречу на свой порог, Что, лишь стяжают боя, В чем ты, моя своевольная. Где ты, мое умелое В сонной печали сердце, С кем ты под солнцем сеяло, Чем приболело, Смогли если б мы только знать, Где чрево истины зреет, Там бы пустили плоды.
Солнца спелого яблоко разгорается полднем лета пышного, лета знойного, на небес синих пашенке. Валит зелье цветочное с плеч дурманную голову, облаков гребни сочные в луже неба полощутся, размалеванной золотом. Пудра света осыпала сердцевину заросшую леса тучного, взбитого, продирающей свежестью хвойной окрошки. Солнца корж пропеченный хорохорится, тужится стоком огненным, кружится над землею запруженной желтокрылой пыльцой, лето, двери открой, на пороге стою я, твой суженный.
Бледная звезда Загляни в окно, Свет на серебро, Тени на глаза. Сонная звезда Распишись огнем, Свет на серебро, Плачут образа. Черная звезда, Где твоя свеча, Вьюга да печаль, Серебро Христа. Звездная хандра, Бледная капель, Вьюга да метель, Мера ты моя.
Танцует ночь кудрявым пеплом, Заводит хор безумных звезд, Закрой глаза, откройся сердцем, Сожги тряпье усталых грез. Танцует ночь, бросай одежды, Топчи огонь да подпевай, У нас с тобой одна надежда, Мусолить ад, иль сразу в рай. Танцует ночь волной проточной, По бездорожью мертвых стен, Все тени в аут, порви их в клочья, Спусти огонь по руслу вен...
Ты слышишь как вечер Распускает крылья, Ты видишь как ночь Ползет по карнизу. Небо в упряжке, Черная грива Звезд, Ветер нанизан На вернисажи Грез. Ты веришь всему, Что пропитано сливками лунного дыма, Ты знаешь о чем Говорила с тобой вешняя роща. Небо в ногах, Черная грива Звезд, Слышишь все ближе Ветер полночных Грез.
***
Ланью стремглавой года пролетели по жизненным вехам,
в счастье любви не замечены, стались козни времен,
тучи, что темным покровом сгущали над солнцем моим.
***
Иней расписал узорные дорожки,
укрыта снежной шапкой нагая пустошь древ,
зимой промерзлой мне отраден и приветлив
очаг домашний, что, тобою освещенный,
согрет зарею ясной в уют души,
любовь.
***
Рукавом взмахнула осень,
позолотой осыпая, запорошенные тропки
наших ветреных следов,
где тебя я потерял
в многоточиях дождя.
***
Не зги не видно, только зоркий месяц
печально смотрит вслед,
дорогу орошая серебряной пыльцой,
благоволит мне ночь,
Я причастился ее таинств в сумречной утробе,
мне угольная степь шлет приглашения
на звездную жатву,
и я плыву сквозь черный океан к рассвету.
Последний день, моей последней осени, До тридцати. И так - до бесконечности, По встречной. Краюхой уха задевая Ударный взброс ежесекундности, Слетаюсь в память, в грезиц белизну - В неявь - там, где теплей и безопасней, Где меньше мудрости Лицом к лицу. Взгляни, душа - Осколки дня волной смывает лунной. Безумие - Считать осколки дня. Взгляни - строка, Созвучие метафор, И многомерный опыт личных сред Шлифует, преломляет и при этом - На выходе - читатель, а не автор - Ожившей плотью задышала глина Стихотворенья на клочках салфетки. Последний день зачатия зимы, Еще нет тридцати, Но так уже знакома - Во влажном блеске Мотыльков фонарных - Кома; И время, снежным комом, От тоски.
Город стекает черной смолой Под ноги призрачных душ Снующих в проемах проспектов. Ночь собирает в стаи дворняг. Ночь расползается кляксами луж - Дождь очищает от света Дешевого лоска. В каждом движении слышится страх, Страх нарезает лунную дрожь В выжженный воздух, Пропитанный потом денег. Ночью уже не солжешь В холодной степи одиночества. На сцене, Лишь ты и твое отражение В мертвых витринах, А у виска Волчий оскал фонарей. Город спадает свинцовой периной В следы у закрытых дверей, За которыми прячется Пустота, За которыми тащится Снов рутина.
Я оставляю свет. Агония тонких пальцев, Горящих от нетерпения. Я собираю бред По кусочкам внимания В холод ночного пристанища. К сожалению Сны так призрачны, Как умирающий взгляд Шамана. Сегодня Я говорю иначе, Чем в тот бордовый вечер, Зализанный в смуглый закат. Рана открыта И бьется ключом. Опять горячо На пальцах Покрытых Дрожащей сталью струны. Прими меня в дом забвенья Под ядовито-желтой луной, Отраженной в оконных кинопроекторах. Вектором Распрямляюсь В тяжесть дыхания.
То, брат, не тоска, То лихая правда, А за мной пришла Черная бразда, Воронье, да нечисть Заклевали храм мой, Нацедило горе Слез на два ведра. То, брат, не печаль, То судьбы потеха, А за мной ступает Серый караван, Без обид, без крови, На дожди не сетуй, Отдохнуть дай солнцу, Подставляй стакан. То, брат, не унынье, То, лишь время чая, А мне сок полыни Позалил глаза, На худое дело, Веришь, не серчаю, Будет то, что будет, И опять весна.
_________________________________
У меня есть путь, Этот путь весна, Красноликое солнце, Да водой ключевой Умытый рассвет, С ним старуха-тоска Кочевого тумана, Да зефира плечо. У меня есть свет, Это свет полей, Тишина золотая Теплой крови земли, Да немного веры, Чтоб гонять чертей, Чтоб просить не милость, Да не войны для любви. У меня есть нить, Горизонт судьбы, Да слепой мой след На порог весны, Провожает ночь, Собирай рассвет, Ты мой путь-огонь, Догорай в цветы.
В небе читалось утро, Солнечной колесницей, Через порог горизонта Луч златокрылый дрогнул, Холод ночной растопив.
Тянется змеевидной, Вдаль уносящей лентой, Россыпь песчаной глади, В скалах заходится эхом Чайки попутная песнь.
Что нового расскажешь мне, печаль? Изрытых тротуаров толк весенний, Крем прошлогодних трав, седая даль, Хрустящий воздух на древесных гребнях, Аллей коричневая плавь в огранке фонарей, Беспутный ветер на клетях балконов. И тот же свет луны, больничной желтизной Текущей по карнизу, тех же фей Дыхание на улице ночной, бездонной, И от свободы вин плодящей гульбищ зной. Что нового расскажешь мне, апрель? Голодный взгляд прохожего бродяги, Собачья брань в рассадниках теней, Дождей слюна шампанского прохладой, Изжеванных дворов кривая сыпь, Гробы подъездов, листопады окон. И то же половодье киселем В глаза разливом смоляным колотит, Речною складкой ввинчивает око И выметает взгляд за окоем. Что нового откроешь мне, мой друг? Мой старый добрый спутник, грех весенний. Все тот же плеск, прибоя пенный звук От неба грузного овчиною нетленной, Кристалл души в колодцах парковых прудов, Степенный вечер в лавочках цветистых. И что же дальше, там, за видимости гранью... Бродячая с усмешкою любовь, Алмазная ночная пристань, И я, несущий сердца раскаленный камень Чернильной пястью в ветхий дом стихов.
В зеркале нового дня Найди колыбель солнечной маски, Где был зачат образ огня, Я награжу тебя страстью. Наполни колодцы небесной весной, Где пела свежесть хвойных теней, Я огражу тебя сном. В шелке ночных покрывал Сорви тайну звезд бездонностью глаз, Где этот день закатом упал, Я подарю тебе нас.
Вдохновением полной луны Я черпал ночную прохладу, Бинтовал сумасшедшие дни, Что стреляли в память бравадой. Теплым шелком надежд пеленал Беспокойное время томлений, Я нашел, лишь, когда потерял, Я поверил, лишь сдавшись сомненьям. Откровением лунного сна Я вдыхал наваждение ночи, Ты со мною моя сторона, Сторона одичалых пророчеств. В мягких тканях спасительных слов, В звездных ветрах на новых помостах Я забылся, вспомнив любовь, Я ответил, уйдя от вопросов.
Вечер скован, ветер стонет В преклоненной голове, Ставни глаз устало ломит Сквозняками фонарей. Кремом бледно-белым снега, Заряжая у виска, Катят зимнюю телегу Грусть, унынье и тоска. Насаждаются пустоты Размышлений, подо тьмой Звезд стеклянных вьются соты, Отливаясь в хром луной. Вечер стиснут, ветер мысли Разгоняет, как чертей, На глазах печаль повисла, Под глазами серость дней.
Откройте двери, Впустите радость, Не зная меры, В замерах слабость. Зовите проще, На отклик - легче, И днем и ночью Лепя беспечность. Стучитесь громче, Будите солнце, Кто обесточен, Тепла найдется. Ищите рьяно, Бросайте смело, Ведь жизнь упряма, А смерть умела. Идите верно, Куда укажет Любовь и вера, Надежды стражи.
Ожидание послевкусия кофе, притаившееся на глянце сетчатки утро цвета ночи с декабрьским ливнем. Атлантический фронт - говорит Гидрометцентр; чертова слякоть, жди изобилия гололеда - кривится душа в поднывающих позвонках. Жму на блестящие язвочки кнопок мобильника, передаю привет случайному абоненту, авторизирую память и интерфейс понедельничного синдрома невидимости, и все - свысока своего падения. Здравствуй душа, я соскучился, как ты... Прикормленная, смотрит в лес. Накатывает вдохновение подзаборного блюза с кислыми щами. Ставлю точку, договорим завтра, на интерес.
Весь в скитаниях нараспашку, Непричесанным полем проветрен, Я плешивое небо раскрашу Белоснежным облачным пеплом. Изумрудною коброй совьюсь В роскошь леса, в винные хвои, Не хватает слов, не хватает чувств, Только сердце примет такое. Кто мне выдал этот карт-бланш, Приневолил меня поверить, Беспардонная синяя блажь, Мое небо открытой дверью. На простуженных тропах оседлый, Весь в скитаниях неумытый, Я ищу себе жизни неверной, Чтобы голодом сердце насытить.
***
У ног ковер листвой осенней,
в душе гуляет ветра стужа,
с тобою, и ее тепло ушло в темницы моей скорби.
***
Луны отраженье скользит по воде,
одетое в маску печали,
ее разделяю я сердцем, давно
любимой не знали глаза.
***
Зовет дорога в даль простором диким,
но крылья связаны мои цепями страсти,
что выковала ты, невольной птицей
я в клетке бьюсь, взаимности ища,
в пустыне чувств не мысля о свободе.
А доколе же мне пить этот холод, Что пророс из земли родниками, А доколе же искать в сердце повод, Чтоб коней пришпорить вольными хлебами. Ой, не ведает душа, ой, не знает, Не испросишь у студеной водицы, Отчего такие песни слагает Воля вольничья степная сестрица. А доколе же мне биться с нечистой, Что обила пылью пороги, А доколе же мне в сердце креститься, Чтоб испили кони хмеля в дорогу. Ой, не чует душенька маетная, Не изведать спросом в молитве, Отчего ушла скука праведная, Да связала степь неумытая.
Воскресай степное братство, воскресай, Загоняй коней ретивых, диким ветром, в дикий пляс, Хмель душистый лей на сердце, разливай, В добрый час, душа степная, в добрый час. Разлетайтесь путь-дороги кучей стрел, скорых стрел, Заряжай огнем свет-солнце, в вольну ширь заряжай, Обгоняй скакун проворный, свою тень, смуглу тень, В добрый край, душа степная, в добрый край.
Когда душа, как плач младенца, Взывает к Богу, дерзче, друг, Воздай любви по праву сердца, Опустоши в пламенье дух. Оставь скамью житейских судей, Смиреньем плоти в духе будь, Очисть уста от словоблудья, И созерцай блаженный путь. Что сокровенным светом выйдет, Скользнув на чувственную стать, Коли душа - сосуд пустынный, И отрешенность - ее мать. И глас доподлинный настигнет Волненье праведных сердец, Когда в безмерное усилье Ты возлагал молитв венец. За добродетельной свободой В открытье истинном, спеши, Чтоб встала сущего природа, И озарила дар души.
Свора палящего снега, Жгучий декабрьский дождь, Лед синевою по небу, Солнца простуженный штрих, Острыми розгами ветра Бьются тревожные сны. Дай мне немного любви, Чтобы согреться в объятиях света Глаз твоих. Коснись замерших губ Жаждой дыхания, Охвати мою боль, Мою бессмертную грусть Сладкой янтарной краской, Бархатом южного храма. Сквозь расстояние Я слышу, как бьется в груди Нежное пламя, Я чувствую, Как с кожи сочится елей, Я вижу, как рвется наружу Стон, пробужденный лаской Твоих обнаженных полей.
Вплетаю в струны неба Мелодию сердца, Позволь, я буду надеяться, С первой проталиной снега, С первым лучом золотым Солнечной перемены, Что наша с тобою вера Ватный туман, не дым, Нежный рассвет, не пепел, Вплетающий в струны неба Первым лучом золотым Мелодию чистого света, Музыку ясного чувства, Ветреный глас пробужденья, Не ремесло, искусство, Искусство прожить мгновенье, Как целую жизнь без остатка, На высоте живого Забытого легкого слова, Строки, откровением сладкой.
Время зажечь костры, Время плясать на углях, С нами дикая ночь, С нами огонь вина, Это наша слабость, Скажет пьяный художник, Это наша судьба, Добавит старый шаман. Время согреть холод, Время забыть память, Время, на время оставить, Праведный воли полдень. Красных углей пропись В дикую ночь светом, Глаз усталую прорезь Хмелем размажет по ветру. В дикую ночь слепую Нас убаюкает сладость, Там, где наша судьба, Нам ничего не осталось, В гари закатного плена, В тлене прошедшего дня, Кроме золы неба, Кроме жара вина.
Выбивают пыль копытца По дорожке нарезной, Дикий конь сквозь поле мчится, Сотрясая зной дневной. На восточные просторы, Чрез бескрайний горизонт, Устремлен широким взором Его резвоногий ход. Рассекает ветер гриву, Ноздри всасывают дух Изумрудных переливов Трав, играющих вокруг. И несется прытью статной, За лучистою зарей, Миг свободы вороной, В край далекий, безвозвратный.
Выпить алую зарю, Да по скошенной траве Пробежаться по утру, Вслед холодной пустоте. По туманам, да ветрам Расписать судьбы союз, По взъерошенным лугам Загребать душистый мусс. Посидеть пред тишиною, Да свалиться в плен души, За дождливою стеною С чаркой-засухой спешить. Выпить тающий закат, Да согреть огонь в груди, Прикормивши, чем богат, Ночь на стоптанном пути.
E Unknown searches for its guide. F Can this you? E Can this I? Knows only yellow river, Fire of the spirit, Fire of the reason, Cm Flame to determinations, Ab Bb Cm This is your yellow river. This is your yellow river. Unknown searches for alliance in you. Can this love? Can this passion? Know only shade old wood. Depth heart, Depth of the faith, Eye of the secret springtime, This your shade old wood. This your shade old wood. An unknown searches for its sun. Can this you? Can this I? Know only dead stone coast. Trace of the patience, Trace eternal rest, Liberty of the inaction, This way of your dreams. This way of your dreams. Yellow river (Желтая река) Неведомое ищет своего проводника. Может это ты? Может это я? Знает только желтая река. Огонь духа, Огонь сознания, Пламя решимости, Это твоя желтая река. Это твоя желтая река. Неведомое ищет в тебе союз. Может это любовь? Может это страсть? Знают только тени старого леса. Глубина сердца, Глубина веры, Глаза сокровенной весны, Это твои тени старого леса. Это твои тени старого леса. Неведомое ищет свое солнце. Может это ты? Может это я? Знают только мертвые камни на берегу. След долготерпения, След вечного покоя, Свобода бездействия, Это путь твоих снов.
***
Вспороло солнце горизонта колею,
раскинуло корону золотую,
но нет мне света, нет огня, когда
одна любовь, рассвет впускать не буду,
пусть первый луч про утро не поет.
***
Сойдут снега, весна раскроет длани,
застелет небо солнечною мглою,
и запоют ручьи, как мои слезы
тоски по милой, в коих сердце тонет.
***
Оседают на горных хребтах облака,
пеленая вершины в молочные локны,
и во взоре моем одиночества стынет туман.
***
Ночь сгустила тона,
звезд рассыпался жемчуг,
неба степь убаюкала усталь земли в сети грез,
ты мне снишься опять.
Добро пожаловать в мою преисподнею. Здесь бродят пьяные боги, Здесь сны заплетаются в диком бреду, И каждый свободный шаг, Как в пропасть прыжок. Здесь светится ночь Огнями далеких миров, Здесь любовь Замешана в сладкие грезы, Здесь розы плюются запахом солнца, И стонет неистовый ветер души. Здесь каждый грешит участием неба И холодом вечной зари. Смотри и учись, Как сгорать изнутри, И снова рождаться в весенних раскатах Агонии чистой любви...
Песнями леса в слух ниспадая, Жемчуг с рук твоих собирать, Алые зори губ Вдыхать поцелуем, Завещание сердца Блюсти Лаской небесной. Играть На клавишах твоих шагов Гармонию ветра вслед, Цвести Полевым огнем В твоих глазах. Это все помогла обрести Ювелирная нежность-ночь С твоим именем на устах, Это все подарила Учебой любви Изумрудная леди-весна.
Лейся, слово, Хрустальной артерией рек, По полям, да долам, Накрытое синей папахой небес, Труби соловьиной поэзией В красно-кудрявый рассвет, Неси на крылах размашистых Светопричастную песнь. Лейся, голос живой, По взъерошенным нивам, Взвейся орлиной присказкой, Свистом пастушьим, Я не могу молчать, Когда ветер впивается в гриву, Когда солнце запалом плюется В мотив прямодушный.
Однажды вечер мне поведал О бездорожье наших душ, Я мирной поступью обедал, А он мне крикнул, время нужд. Пора скитаний и волнений, Пора вражды и желчных яств, Его крыло сомкнуло тенью Моих надежд иконостас. Он научил меня боятся, Он научил меня болеть, И думал я, кому бы сдаться, А он твердил, ну что за бред. Ты видел радость, видишь горе, Но это все, лишь твой покрой, Где нет услады, нет и горя, Где нет раздела, есть покой. Однажды вечер мне поведал, О пыли наших глаз-мерил, Я взял грех на душу, поверил, Забыв, что это тоже пыль.
Сойдут снега, весна раскроет длани, застелет небо солнечною мглою, и запоют ручьи, как мои слезы тоски по милой, в коих сердце тонет...
Если светел мой взор, если прост мой слог, Значит, вечность моя задышала весной, Если сердца рубин кровь елейную пьет, Значит, вечность моя задышала весной. Если востер мой слух, если разум пречист, Значит, вечность моя задышала весной, Если сито души, как нетронутый лист, Значит, вечность моя задышала весной. Если строен мой шаг, если верен мой путь, Значит, вечность моя задышала весной, Если в мире моем преисполнена суть, Значит, вечность моя задышала весной. Если в небе звезда златом славит любовь, Значит, вечность моя за весной влюблена, Если в вере моей меня ждет мой Господь, Значит, вечность мою окрестила весна.
|
|
|
Сайт "Художники" Доска об'явлений для музыкантов |
| купить манекены в магазин |