На электрической конке
Ехали две девчонки.
Солнце на них играло
Как попугай наш, Артаньян.
И, на бульваре, звонкий
Щебет. А над Петровкой
Музыка! Обе сжимают шляпки,
И смеются: - Тирьям-пирьям!
Если полюбит эта,
Значит, тебе - победа;
Важная эполета,
Орден и высокий чин...
А если полюбит - эта,
То, значит, тебе - билетов
На миллиён целковых,
И завод стальных пружин.
На электрической конке
Ехали две девчонки.
Солнце на них игралось,
Как попугайчик наш, Артаньян...
* * *
07.Я так и остался
Я так и остался тронут, чуть-чуть, Пеньем сирен и лун. Пусть их забросил, и сам с балкона Наставлю того, кто юн: "- Светила прохладны эти, Накладны и неверны... Одна мечта..." Несут букеты - Нету цены! Бледнеет сердце. Нету цены. Но всё же, остался тронут. В бинокль свысока гляжу. Мой мозг - тысяча светлых комнат, Мыслей волнистый шум. Любовью дни согреты, Земные пути видны... А тут - мечта, с карбидным светом - Нету цены! Бледнеет сердце. Нету цены. Немного остался двинут, Помню, как вас зовут: Армонс, Калерия, Жозефина - Младость свою блюдут. Откуда же этот трепет? Возгласы так смешны... Горит мечта, и магний слепит - Нету цены! Бледнеет сердце. Нету цены! Нету цены.
* * *
Хорошие люди
Дмитрию Фёдоровичу Терехову.
На день его рождения.
Хорошие люди - над облаком,
Под куполом, под золотым углом,
Висят себе, не мешают,
Ни ласточкам, ни мышам...
Их лица - зерцала большой души -
Возвышены, чудо, как хороши!
Бегут лучи по узорам мантий,
По ватникам и клешам.
А плохие люди, как стихи без чувств,
Грядут в корзину, глотают ус.
Проламывая паркеты,
Закатывают глаза.
Их лица матёрый доит враг.
Все нарисованы как-то так...
Бывало, и спятит высокий мир -
Зарится в те низа.
И третьи люди собрались тут.
Мечтают, слушают и поют.
Назвавшие всё на свете,
Намечены лишь едва...
Красноречивы и неясны,
Ссыпая звёздную пыль с ресниц,
Они ещё не имеют лиц;
Отчётливей - имена.
И за пределами всех глубин,
И высей, всех-всех - ещё Один.
Один ничего не знает -
Загвоздка для мудрецов.
Картины мира чудной Артист,
Всё время путает верх и низ...
Встань на уходящем в ничто
краю -
Увидишь Его лицо.
* * *
Беда
Вот и беда! Вот и беда.
Словно зима - в срок холода.
Словно не ждал... - Только и ждал!
В руки бежал - не убежал.
Вот и она. Вестью дошла.
Тихо кругом. Мысли в ушах.
То усыпит, то затрясёт...
Новая вдруг в мире во всём
Лёгкость. Лёгкость.
Лёгкость. Лёгкость...
Вот и беда! С неба глядят:
Большей не быть. Большей не взять.
Как бедовал! - всё не тужил.
Жизни простой не заслужил.
Вот и встречай. - Эй, простота!
Сам отворил все ворота.
Век и носись с лёгкой женой.
Воздух кружит новый, чужой
В лёгких. В лёгких.
В лёгких. В лёгких...
Так значит - дыши;
Значит - вставай!
Не подводи - не остывай.
Где ещё смерть - море житья!
Не до тебя тут, не до тебя...
Вести текут белой рекой.
Бедная жизнь - нету другой.
Не до другой - надо идти.
Всё впереди - будешь и ты
Лёгким. Лёгким.
Лёгким. Лёгким...
* * *
Бедняжечка Лиза
* * *
06.Шанс-out
Если бы мы это взаправду считали жизнью.
Если б, умели жить и считались с жизнью...
Я бы любил её.
Мы бы имели всё. Всё:
пять чёрных детей, и морщины от белых слёз.
Если бы все грехи попадались - сладки.
Если бы эти строчки не лезли в дом.
Мы бы гнали коньячный спирт.
Мы бы читали "Пиф".
И в церкви стояли как ангелы,
выше звёзд.
Если бы не эта её привычка любить брильянты.
Если бы тут всё росло немного быстрей.
Если не предавать.
Ночью немного спать... -
Вряд ли бы этот мир сделался слишком прост.
...................
Если б, не эта печаль в приболевшем сердце.
Не эти дожди и деньги, и что-то там с сердцем...
Я бы любил её. Мы бы имели всё. Всё:
Вечную мебель, и заросли майских роз.
Если бы мы это взаправду считали жизнью...
* * *
Богиня-машина
По мысли моей, эта чашка - игра: вот рама, картина, и ей она как бы снится. Но редкая вещь вне наших зрачков, в натюрморте, жива. Ей счастье и жизнь - во взгляде сонном моём стоять меж лимонов, в свету... Но, может быть, чья-то красивая вещь - я сам тут, печальным объектом цвету. Творю свой сигнал, в равновесьи кружась; как всякий на сцене стою. Богиня! Машина! Вступай, говорю! Грешат отношенья. Разлад - говорю! Придёт, как любовь, всем раскладам конец. Погожим, растерянным днём. Поделятся вещи, как цифры в уме, сойдутся братки-оппоненты во всём. Но это в масштабах вселенских, а здесь, в уютной, приватной глуши, предметы все, плоскости - царства свои глаза омывают, как воды души. Бывало, возникнет новый сюжет - слепой, безымянный, у ног. Во внешнюю тьму астронавтом войдёшь. Пространство дополнит цветок, завиток... О, как ещё действует! - линза и свет. Вниманию верен Субъект. Зудит отвлекатель, ласкается сон. Но жители долго глядят из окон. И каждый щелчок - то рожденье, то - смерть. Всё пристальней взгляд хоровой... ............... Деревья так тихо над речкой стоят - ну, что же не скажешь, возлюбленный мой?!
* * *
Брошенный дом
В городе, Неизвестность бегает по глазам.
Мыслей читает прессу Молва.
Мелочи Жизни вьются - стайки дневных хлопот.
Едут в цилиндрах, важно, Дела.
Сто Мировых Событий месяц в приёмной ждут
Смысла-пройдохи, клерка Судьбы.
Ей ветеран Случай честь отдаёт крюком...
Мы входим в брошенный дом.
Мы входим в брошенный дом.
Кто здесь вдыхал Тайны, чёрно-лиловый пар?
Кто все потрогал Шансы? "- Мы здесь!"
Город остался в прошлом, длинным качая днём.
Жизнь - обыденность беглых Чудес...
Крыши Обширных Планов, стёклышки Перспектив,
всех Аргументов и Фактов трезвон -
Время метёт;
развенчан Тенденций святейший сонм...
Мы входим в брошенный дом.
Мы входим в брошенный дом.
Следствия и Причины измучены:
Случайность им строит кознь.
Возможности упустились - летят...
Деятельности Поле, Рутинами поросло.
Несбывшееся сбылось, как смерть.
Веянья увеял ветер, обратно в обитель муз.
Забвенье, Небытие... - Что ещё?..
Одно Провиденье видит,
Что за этим углом...
Мы входим в брошенный дом.
Мы входим в брошенный дом.
* * *
Ce matin
Ce matin. Les pensées au lit sont très longues Je me réveille quand-même. Toute la ville bâille aussi. Elle se souvient de ses rêves, Et murmure : " j"m"en vais! Je t"aime " Ouais, il pleut. Le dimanche est une superbe journée. Chaque heure sera très appréciée : Je peux chanter cette mélodie 60 fois Contempler longtemps les toits Je pourais aller au musée Mais ce n'est pas ce qui t'attend. L'amour t'attend maintenant. Vas-y. Maintenant, l'amour t'attend... t'attend maintenant... Ce matin. Toute la vie est comme le film d'hier. Mais ce film dans ma paume, il est muet et trop vieux. Je me souviens encore de toi, Tu es un trou dans mon cœur. Le générique de fin S'écoule sur l'écran. Adieu! j"vais être un mec cool, j"vais commencer à grandir demain! j"vais passer en classe affaires. Après m'être rasé, Je serais un beau gosse. Une dernière clope pour moi, et tout deviendra très clair. Mais ce n'est pas ce qui t'attend. L'amour t'attend maintenant. Vas-y. Maintenant, l'amour t'attend... t'attend maintenant...
* * *
Делай своё дело
За спиной полжизни - вагон съеденных котлет; Впереди за ямой сказочный край. А теперь усталость - рабочая мистика... Сделал своё дело, и - тикай! Сделал своё дело, и - тикай! Не палач, не зайка палача, не медийный шут; Не бордельный знахарь, Не вертухай... Не стяжал молитвы, Не освоил баллистику... Сделал своё дело, и - тикай! Сделал своё дело, и - тикай! Пожалей засевших в конторе предателей. У начальства тоже дети и сны о чём-то большем бывают. И жизнь не рай... Сделал своё дело, и - тикай! Сделал своё дело, и - тикай! На земле всё ясно. Последний придёт шабаш. Побурлачил славно, и - улетай! Закрывай свой бизнес, глаза и политику... Сделал своё дело, и - тикай! Сделал своё дело, и - тикай!
* * *
Детские цветы
Детские цветы в апреле. Ржавые находки марта. Двор подводен и прекрасен - несгоримте от стыда. Здравствуй, здравствуй мир мой лучший! Здравствуй год родной, китайский. Только новый календарик стал не новым навсегда. Детские цветы апреля, и вдали пилотки рая... Будь весна-красна как хочешь! Просвещай свои кусты... Даже мы, здоровым боком, как собаки понимаем, что когда нибудь на свете будем новы и чисты. Детские цветы как пальмы достигают облака и уплывают в Абакан, и неизвестно, что потом. Может быть и нам придётся - перелётными цветами. Может быть и мы пробьёмся - хоть немного не умрём.
* * *
Дворец
Когда со склона милых лет Я покачусь - лохматый мяч; А маятник Фуко замрёт - Безбожник на святых часах. И времени пустой вагон На срочный поспешит возврат - Я буду скучать, мой дружок, Лишь о нескольких днях. О вечных, как роман, ночах; Преступниках, пролезших в рай. О зимних невских берегах. И роскоши судьбо-крушений. В постельных мемуарах, В горячке, в снеговых холмах - Дворец путевой - сладкой жизни Ещё один день. Ещё денёк баловаться мне, Мой белый свет, в кружевах твоих. И ночь - глоточек хмельной любви! Цыганки грустные - а пёс бы их... Укол, укол - жизни уголок. Дворец мой-мир в голубом огне. А слуги, бедные, бегали Вокруг. Во сне... Дворец, как ширмы унесут. А статуи пешком уйдут. И слуги, парики сорвав, Оскалятся: - Эх, ты, кобель! Когда меня подвесят За ягоды в чужом саду, Я буду страдать как пацан, Через жизнь, о тебе. Ещё денёк баловаться мне, Мой белый свет, в кружевах твоих. И ночь - глоточек хмельной любви! Цыганки грустные - а пёс бы их... Укол, укол - жизни уголок. Дворец мой-мир в голубом огне. А слуги, бедные, бегали Вокруг. Во сне... Ещё денёк баловаться мне, Мой белый свет, в кружевах твоих. И ночь - глоточек хмельной любви! Цыганки грустные - а пёс бы их... Укол, укол - жизни уголок. Дворец мой-мир в голубом огне. А слуги, бедные, бегали Вокруг. Во сне... Когда со склона милых лет Я покачусь - лохматый мяч...
* * *
Гибель богов
* * *
Испанский блюз
Старенькая девушка Сердце уронила С тесного балкона В летние чернила. Волосы искрятся, Плеск на берегу. На луне-монетке - Отпечаток губ. Укачали сердце Ласковые волны. И на звёздном небе - Поцелуй солёный. Богачи с гитарами У костров галдят. В глубину ночную Нищие глядят.
* * *
Колыбельная
Нам не уснуть - мысли бегут как звери; Дышит близко самый такой из них - слон. На шаг ближе, и ступит ниже чуть - Рухнет дом... В ночь-пучину, и всё тонет. Звезды чуть-чуть плывут. Уснуть... - Вряд ли. Не хватит сил. Лишь муки может хватить одной Для снов подобных илу, Подобных плену часов, Там, где души - лишь духи и духи: Разделись - и в путь. Чем блеснуть? - Вяло бряцают струны. Мёрзнут лады; где-то пропал голос. Одна ты держишь всё что есть я над той Бездной, высью, последнею жизнью... Ты это... - Забудь. Забудь, что щас лето, начало чуда... Голос с моря негой морит... - Забудь! Итак! Север. Ночь. Жуть... Ты - есть ты - небольшой цветок. Я ж, останусь таким сугробом, что как - Не уснуть...
* * *
Корабли
Уж неподвижны корабли.
В созвездиях видны названья.
Стоим на гребешке цунами,
Мигаем в стороны земли.
А небеса пронзают нас,
Искрят надёжным беспокойством.
Смутит ли жалкое геройство
Исполненный победы глаз?
Уже красот нам не понять.
Луна, как роза пухнет -
О! Полный проклятый ход!
Мерцают ритмы, цветут юга;
Поют чудовища с берега
Круглый год.
А мы не верим, так живём.
Вот тело - косточкой в душе.
У нас есть звуки из ушей;
Удим мы звёздный водоём.
Как влагу собираем свет,
Морской росы, как манны ждём.
- Прощай земля, великий дом;
Пески в прекрасной голове.
У сфинкса время ползёт назад,
У нас - летит из мачты.
Бьёт вертикальный час.
В сосудах радуги темноты,
И в лёгких что-то новое.
Через раз.
Сгорают сны, уходят вглубь.
От счастья всё болит и жмёт.
Неловко дрогнешь - заревёт
Волна, прознав родную мглу.
Я буду гибнуть двадцать раз,
И всё надёжней, и крупней.
И всё спокойней в темноте
Исполненный Отцовства глаз!
Его нельзя забыть - он здесь!
Он не бывает в профиль -
Висит на шее всю жизнь крестом.
Мы засыпаем почти на дне,
Морские песни поём себе,
И плывём.
Его нельзя объять тоской.
Его нельзя сделать - он
И сам - только по любви.
Над нами Компас и Насос;
Ставит точку последний SOS -
Мы уже вдали...
Уж неподвижны корабли.
В созвездиях видны названья...
* * *
11.Ляжем с тобой
Ляжем с тобой как братья -
(где твой осиный стан?)
Тоже уставший, кстати,
наш боевой диван.
Что-то в тебе "такое" -
тоже и ест, и пьёт...
В самом счастливом строе
живёт.
Вещие тепловозы
будут тебе трубить.
Мощные водовозы
будут весну возить.
Будешь и ты, кругляшка,
полная как луна.
Правда, тебе не страшно? -
моя
Страна!
Долго металась тройка -
птица безумных крыл.
- Где ты, моя надстройка! -
базис урчал и ныл.
Но стал перегиб коленцем;
классы ушли в забой...
А у тебя под сердцем -
любовь.
Так, ляжем с тобой как братья -
(где твой, товарищ, стан?)
Тоже уставший, кстати,
наш полевой диван.
Что-то в тебе "такое"
в спайке - что мой завод -
в самом счастливом строе
живёт.
Что-то в тебе "такое" -
честно и ест, и пьёт.
По моему покрою -
живёт!
* * *
Маша
Где-то, в далёком месте - Путь через тёмный лес. И у дороги - крестик. Очень старинный крест. В этой глуши страшной Девочка стоит, грустна. Горько плачет Маша, Потому что она одна. Были у ней косы - Чистые, как рожь. Были и у ней слёзы - Частые, как дождь. Была одна песня - Маленькие слова: "Будем всегда мы вместе. Ша-ла-ла-ла-ла-ла..." Лучик последний гаснет. Вечер на той стороне. Зверь по ночам сказку Будет шептать о тебе. Всяка звезда спляшет. Лес обойдёт луна... Горько плачет Маша, Потому что она одна. Кто ты, чья на то воля? Сердце своё открой! Долго ли бывать горю? - Машеньке стоять одной? Ехал красивый барин - На три версты звон. И увёз с собой Марью В город столичный он. А там, в теремах, в светлых Маменька его жила. И взяла к себе эту, Бедную, навсегда. ..................... Годы наполнят чашу, Вот - девица у окна... Горько плачет Маша, Потому что она одна.
* * *
Мечта
Я с детства привык не туда молиться.
У нас иначе никак нельзя -
На Запад солнца, на Юг моря...
- Прощай, Россия! Прощай, земля!
Вдали тот берег туманится...
Туда душа моя стремится.
Туда... Туда... Туда...
* * *
Мост
День застыл, как весы. Невские вьются сны. Мироточат дома - их всё лечат. Из далека, всё той же дует в окно мечтой. Лес, да пенька с тоской навстречу. Цветные полоски ветра, солнца немая блажь. Полуденный лязг стихает, где-то овально гудит юла. Каменный сон, желтея, плывёт как угорь. Вот - два света. Мост летом. Скобками сбитый остров, как приставка "святой" - Сент-Китеж всплыл. Корабль, в открытое небо носом ринулся, и остыл. Вхожи матросы в Свет, вон - шевелят крылами... Жгут два света над нами. В застывших цветах и дугах пена красивых дней. Себя отдельным от сна и друга почувствуешь тут сильней. Радость на сердце, но и слеза, что до конца нельзя! Как вам, снам медным - нам, смертным. В желтеющем мире плохо. Что, правда? другого нет? Как смело с трёх берегов эпоха шлёт невесть куда привет! Взгляды сливаются в купол: все ждут начала фуги... Выше звуков - крест-флюгер. Молиться, не зная Бога, поверить ему с нуля. В саду Таврическом, в три года, кто-то отвлёк меня. Я ответил, зачем-то, и всё! Всё: два света, мост летом... Эх, мост летом! Мост летом...
* * *
Ниагара
Я всё тот же любимчик богов и лазурных брызг.
И стою под сенью известного водопада.
Но протекции вянут с годами, и охота вниз.
Я русский турист, секу: брезглива сия Канада.
Я всё так же ангел, и есть ко мне интерес.
Издали вглядеться - почти не видать урона.
Но святой Лаврентий! - спаси меня от чудес
водяного зверя, божественного Гурона.
Души падают отвесно, и блистая, достигают дна.
Я проснулся в хороводе, и рука моя
зелена.
Европейские традиции мрака сильнее чем кола и джаз.
Я проснулся ещё раз,
проснулся ещё раз,
ещё раз...
Я всё прежний мальчик, забудьте мои года.
Наглядевшись девок, вдыхаю святую воду.
Благодать как Англия - настойчива и тверда;
душа моя - как погода.
Потому мне страшно: легко сигануть туда -
в основанье радуг известного водопада;
в жёлтом целлофане запутаться навсегда...
Я русский турист, мне кроме воды
от вас ничего не надо!
Души падают отвесно, и блистая, достигают дна.
Я проснулся в хороводе, и рука моя
зелена.
Европейские традиции зла сильнее чем кола, чем джаз...
Я проснулся ещё раз,
проснулся ещё раз,
ещё раз...
* * *
Ныряльщик
Знает русалок стая,
Как в море слаба душа.
Я за звездой ныряю,
Крепче в груди сжав
Душу. А она простая:
Где взять для неё слова?
В небесах летает,
Пишется - О2.
Звенит луна, левая.
Прыжок. Одиночество.
Те же, сто лет.
Алеет пена гневная.
Над водою кровь меняет
Свой цвет.
А море торопит рябью,
Камни волной бьёт.
За звездой ныряю
В гущу солёных вод;
В тёмную зыбь - с нею;
В пену тритоньих бань...
- Больно, морскому змею,
Дорогая дань!
- Привет, тоска, смертная!
Водолаза юного встречай, пляши!
Душа твоя, верная,
Как не достанет у меня
Души.
Рвётся пучина злая
К небу, тоску храня.
За серьгой ныряю.
Вот и нет меня.
Мнутся пустые сваи, -
Берег и нов, и чист.
Уходит пламя кругами
Вниз, вниз...
Звезда любви - гори, гори!
Закипит холодная вода, пусть.
Гори одна, как три.
Другой не будет никогда,
Клянусь!
* * *
Общий вагон
Ай! - наступил на Вас...
Ну, где ж, взять сто глаз!?
Как подобает - был назван следом.
Зато, теперь на третьей полке еду.
Сплю у самого неба.
Сплю до самого моря.
Сплю до самого дома,
До Крыма.
Припев:
Общий вагон.
Общий пардон.
С двадцатого года, как ехал -
Так едет он.
Зато, по кругу - водка,
И мягкий батон.
Но это - рядом,
А у нас все - бабы.
Везут еду они на рынок в центр.
С других краёв
Везут свои богатства.
С других планет
Везут свинину в Харьков.
Теперь я знаю, где - какие цены.
Но я не стану разглашать сии тайны!
Припев.
А я, роскошный, вот, еду к морю.
Аж неприлично, без затей и сумок.
На всех нас плюнув,
Пройдёт таможня.
Лишь глянут,
Трясти не будут.
Им дел тут на пару суток.
Едут мешки, а люди, -
Пройдут, и плюнут.
Припев:
..........................
Общий батон.
* * *
Палки и Банки
Палки из банки,
где вы, друзья?
- Сели на цветные санки,
не вернулися...
Оземь береты!
Радужный хвост
распустили. Как ракеты
навсегда задрали нос.
Были - другие.
Стали - вааще!
Все столицы победили,
и - привет! - ищи-свищи...
Чичи да Вени.
Белые те-
ни. Говорящие растенья
в темноте.
В городе Хуйске
жить бы, да жить.
В тёплом доме пионеров
барабаны сторожить.
Скучно, ей-богу,
мамке без вас.
Всё бездонной как-то плохо...
Да, глядишь -
не в первый раз!
Глянешь на небо.
Спустишь штаны.
Там, у вас всё время rainboy...
Нету смерти. Нет зимы.
Нету смерти...
Палки и банки.
Ёлки-копалки.
Ангелы-
Ы-
Ы-
ы
* * *
Педагогическая песенка
Когда мечтательно вздохнём
Натурой, в знаньях искушённой;
Тряхнув главою просвещённой... -
Сколь убедительно поймём.
Что духа правильный чертог,
Сиречь, телесное созданье -
Весьма пространственное зданье.
Тем паче, аще ты глубок.
Так тем ужаснейший порок
Туда, как следствие, влезает,
И состояние терзает,
Едва садишься за урок.
И развивая этот взгляд
Внутри нестойкого мужчины,
Вполне известные причины
Запретный плод кладут в салат.
Так помни, будущий пиит,
Что паче девы нету змия.
Но пусть, плоды свои благие
Адамам алчущим дарит!
* * *
Песня всадника
Песня всадника. Ф.Г. Лорка.
Припев:
Кордова.
Одна на свете.(2раза)
Конь мой пегий, месяц низкий,
За седлом лежат оливки.
Хоть известен путь, а всё же
Не добраться мне до Кордовы.
Припев.
Над равниной, вместе с ветром, -
Конь мой пегий, месяц красный.
И глядит мне прямо в очи
Смерть с высоких башен Кордовы.
Припев.
Ай, далёкая дорога!
Мчится конь, не зная страха.
Я со смертью встречусь прежде,
Чем увижу башни Кордовы.
Припев(2раза)
* * *
Подмосковье
В поздний осенний день снега вдруг, намело. Стало в посёлке нашем светло. Лёг на коттеджи свет. В музыке тишины чуть таджикские мысли слышны. Стройка-Зима идёт. В странном, холодном сне снова джунгли мерцают в окне. В школьной сторожке я тёплые дни листал. Ждать любовницу с неба устал. Классы, навек мои, розовые, гудят. Парты рождают новых ребят. Стал на снегу чужой. Время взлетать пришло на электричке в город большой.
* * *
Подводный десант
Подводный мир, он не так уж прост
для тех кто любит дышать.
И знают рыбы, что мёртвое дно -
их золотое дно.
А мы - матросы иных стихий,
высоких виражей...
Но парашюты как крылья за спиной.
Новый восторг в душе.
Мы помним чувство, свой тик в глазах,
когда брезглив как Власть,
наш командир швырнул планшет, и
нарушил главный приказ.
За ним Нормандия и Вьетнам,
Фарнборо, Ле-Бурже...
Но парашюты как крылья за спиной.
Новый восторг в душе.
Подобен зверю подводный флот;
всесильный страшен враг,
когда смекнёт в своей акульей мгле:
"Так. Что-то не так!"
И мы спускаемся под водой.
И за щекой дюшес...
Но парашюты как крылья за спиной.
Новый восторг
в душе.
* * *
Понтазии
Улетели птицы на край земли. За себя птицы назначили понтазии. У понтазий песни красивые. У понтазий крылья счастливые, все разные. В телевизор не увидать. Из газеты не вырезать - не вписаны. Стали некоторые что-то знать, Стали греться, выпивать, видеть сны. Ходят по двору куры вброд. Солнце село на капремонт за магазин. Из запазух - утробный "Эх!". Небо движет холодный цех Азии. Утром дёрнешься - на душе щупаешь узелки- -памятки. Кто-то радостный, золотой, Играет впотьмах с тобой в прятки. Полетели птицы на край земли. Улетели крылья за край. Птицы попадали. Поблукали в перистых берегах. Искупались в молодых радугах... - То правда, ли, Что в Украине, там, или где, родилась одна дитя с крылышком? То бы, пёрышко одно, к зиме, с глазком, - и печалям всем - крышка! Говорят, скоро до нас дойдут: церковь отстроят и клуб - светлые этажи... А пока что жизнь тяжёлая - пой, понтазия голая, И пляши! Говорят - будет посёлок-сад. Ах! Как мне все сады по-сердцу! Птицы райские налетят... А соседи глядят - косятся. Косятся. Косятся.
* * *
Посв. Н. Туроверову
Ветер, усталый, на ухо скажи: Что мне осталось пожить? В поле без водки - нехороший сон. Жизнь, как в винтовке - патрон. Ветер, товарищ, вздохов спелых жнец, Скорый ли знаешь конец? Долго ли помнить? Что ещё испить? Брошены кони в степи. Степи, да степи... Вот им край - второй. Красные цепи, как строй. Ветер, навылет пронизавший Русь, Сгину я, или - вернусь? Ночкой пиковой ли, на краю земли, Ждать мне полслова "пли!"? В море турецком ли, нам в расход с душой? Берег советский - чужой!.. Ветер, усталый, на ухо скажи: Что мне осталось пожить?
* * *
Прильнувши к небу
Прильнувши к небу щеками, цветёт земля.
В июне ночку до звёзд соловей прожёг.
Там у него дружок - ледяной лужок;
И звёздочка-душа - одна знакомая.
Там в вышине всю ночь хоровод кружит
Душ безмятежных, и млечный их сон глубок.
Как колыбельку, Россию качает Бог,
Лишь соловью, без умолку петь велит.
Там где-то спишь и ты, свет, подруга дней
Моих. А здесь - друзья, комариный пир...
Одна звезда плывёт по небу - мон плезир -
Прекрасней всех, светлей; на утро - всех бледней.
А мы цветём в щеках, поём в ночных кустах.
Все - соловьи, поэты, и - "так сказать"...
Удел наш вина пить, удел красавиц - спать.
Быть может, нас любить, там, в тридесятых снах.
Развейсь тоска, не торкай, слащавый мёд!
Сквозь сеть красот ночных, песнь русалок-див
Уже плывёт в уста золотой мотив,
И от любви воспрянувший, мир поёт.
Вся ночь пройдёт. Над лесом туман резной.
И триста крох-церквушек звонят: дзинь-дзинь.
Душа моя, проснись! Не пой, - меня прости.
Последний раз блесни - усмешкой ли, слезой...
* * *
Русская-страдальческая
Выйду в халате на грязную площадь,
Муторным взглядом простор обведу.
Пну я ногой околевшую лошадь,
Сплюну, по улице дальше пойду.
Сколь без любови по свету скитаться?
Век ли бежать от похмельной тоски?
Братцы, один я на свете остался!
Мёрзнут усталые ножки мои.
Водки стаканчик никто не назначит.
И на закуску гроша не подаст.
Весь я помру, а никто не заплачет.
Некому знать сироток у нас.
Будет могилка моя позаброшена.
В краю чужом - ни кола, ни креста.
Склоню головушку в поле нехоженом,
Там где забытые Богом места.
Лягу, позабудусь я.
Да никому не вспомнюсь я.
Лишь ворон мне поклонится,
Да мышка поскоромится.
1992
* * *
Самый классный дождь
Самый классный дождь, не проспи.
Лёгкий и смешной, на склоне...
Светлый день встречает, уходящую
Ночку целует в уста.
Увидел я птицу - над миром летел
Фиолетовый голос лета.
Летом ты нагой, как Адам.
Как ты сладко пела, Ева...
Летом - словно вольный дым.
Летом - словно вольный дым.
В голове - вольный дым.
В голове - вольный дым.
Словно из гробниц вставали
Жители столиц, и вокзалов.
Мелкими цветами украшали
Волосы свои. Волосы...
Будет всем и кров, и простор.
Разожжём костёр из паспортов.
Будем не в миру жить, а в мире,
На свету. На свету...
Человек человеку - свет.
Никакой он не волк, а свет.
Не зовись ты волком, человек.
Человек человеку - свет.
Достаточно скорби, достаточно слёз.
Ведь самый классный дождь!
Ведь самый классный дождь!
Ведь самый классный дождь и лето!
Летом ты нагой, как Адам.
Лоно без пупка - Ева.
Летом - словно вольный дым.
Летом - словно вольный дым.
В голове - вольный дым.
В голове - вольный дым.
* * *
Схожу с ума
* * *
Шторм
Шторм. Глава твоя, смерть. На палубе Мёртвые танцуют джигу. Волны заливают пустую книгу. В ложечке гудит медь. Ветер поднимает пар Над чашкою. Хищная рука скучает. Как тут дописать, не пролив чаю В море, в свой коварный вар? Берег спятил, треплет платье. Ждёт с тревогой известий, но... Судно тонет. Там плач, проклятья, Хохот и "Отче наш", как одно. Десять душ на дюйм свечи - Прекрасные Данники солёной влаги. Сверим же часы, компаса и лаги - Молнии пера точны. Скалы голосят в туман. Любимая Бёдра им мочалит сила. Та же, что недавно во мне гостила, Закрутила с живым роман. - Дай мне утварь, очаг и травы. Дай мне сердце девы, и пса. Судно тонет, Стонет... Усталые души летят с листа.
* * *
Судьба
Чьё-то лицо рисуют тени
Мокрым лучом, косматым деревом:
Крученый глаз, и накладной дождь.
А на губах дрожит улыбка;
Шепчет коньяк. О, как всё зыбко...
Древнее дно ждёт утомлённый вздох.
И вновь феин башмак промок.
Любовь лёгких небесных крох -
Пленниц горящих луж
Ждёт тротуарный берег,
дом бывших муз...
Та ночь подмочила их перья,
А эта - лишь шуз.
Ночью судьба вовсю стучала.
Тёмный Гудбай её печалил.
Некий другой её растаял за час.
Их унесло - такси как птица.
Чётко легло в её вещицы
Счастье. И всё - на три страницы,
Прощай!
- Езжай в свой неизвестный рай.
Там знай, что за дождём.
А нам скажут об этом днём:
По сводкам - дождь вечен,
А в Бостоне - плюс два...
Та ночь - продолжала вечер,
А эта - едва...
- е.-4 пошёл ферзь будущий.
Полетел примерять смерть.
За каждым углом чудится
Пацан и пистолет.
Где-то здесь играли фильму
со стрельбой.
- "Не бойся, я с тобой".
Детективный рок-фатум.
По легенде. И снова льёт.
Вот, злодейка надевает шляпу,
берёт кольт.
Знает штуки, и дерётся
как Жан Марэ...
Билетик - yon рэ.
Но в конце мертвецы восстанут:
так велик экран.
Титры катятся по экрану,
слёзы по щекам.
Может быть, когда-то снимут
фильм другой,
И мы поспорим с судьбой.
* * *
Такой как ты
* * *
02.Если ты приедешь 2
Там где она до смерти ждала -
может недождала;
Может не так ждала.
Там где дома над миром как гнёзда висели -
свободны, легки, мертвы...
Стало теплей и суше;
власть подлатала штыками гражданские швы...
Лет шесть прошло, и правда -
страна жива.
Там где она вгрызалась в жердь,
головой трясла. (Опять! -
может не так трясла?)
Чёрные волны мотали её,
руки-ноги её, в тот голодный год.
Снова пошли усы, театр, октябрята,
залязгал железом порт...
Новое время, люди;
новые их дела.
Он появился так просто, скромно -
"Трест Робинсон и son",
(что-то насчёт машин).
Паспорт английский, еврейское имя, -
пошлая истина, чистый лист!
Новенький господин. Ну что тут скажешь -
на свете большой артист
не пропадёт, не сгинет. Как царь
проживёт один.
Гроши сховал в каюте. Всегда!
Он верил в неё всегда.
В памяти всё хранил.
И всё оказалось чисто, по счёту:
червонец к червонцу, орёл к орлу.
Всё оказалось просто, и слишком.
И море как танго ласкало слух...
Вышел на воздух, глянул туда-сюда,
загрустил...
Там где она до смерти ждала -
может недождала;
Может, не так ждала.
* * *
09.Тирсис под сенью ив
Тирсис под сенью ив Мечтает о Нанетте, И голову склонив, Выводит на мюзетте: Любовью я, - тра, та, там, та, - томлюсь. К могиле я, - тра, та, там, та, - клонюсь. ............................... Овечки без мюзет - Ах, кроткие сердечки... Но словно за Нанетт - Запели вдруг овечки: В любви своей, - тра, та, там, та, - томлюсь. К тебе скорей, - тра, та, там, та, - вернусь! И верный пёс у ног Чувствителен к напасти. И тоже правит слог, Сколь можно грубой пасти: В любви своей, - тра, та, там, та, - клянусь! К тебе скорей, - тра, та, там, та, - прижмусь. ...................... Лишь эхо меж кустов, Не понимая горя, Не изменяет слов, Напевам слёзным вторя: Любовью я, - тра, та, там, та, - томлюсь. К могиле я, - тра, та, там, та, - клонюсь. Прощай, покуда жив - Тирсис! Прощай Нанета! Внимайте, кущи ив. Играй, взывай мюзета: Любовью я, - тра, та, там, та, - томлюсь. К могиле я, - тра, та, там, та, - клонюсь.
* * *
Украина2013
* * *
10.Варишь ли ты...
Варишь ли ты ворчанку, крутишь ли лунный фарш; вяжешь ли, хохоча, мне пояс от чёрных бед... Смыслы далёких кочек - уж это моя печаль; а счастье нашей делянки - это к тебе. Музыка вечной смерти чётко мешает спать. Розовые ежи подкапывают наш дом. Смутно подходит время - из-под земли пищат: - Пустите к вам на варенье! Не подведём! - Ужас как вы ошиблись: вот, вы не из этих мест, а мы тут живём с утра - всех знаем, чужих не ждём. Мы тут живём с утра, несём свой счастливый шест - быть от начала дня вдвоём. Боги там, не боги... - вечным не чужд уют. Как же мы опростились! - впору просить души. Тоже вот: быт, хозяйство, всякий священный труд... Зря вы нашли нас, судьи, в этой глуши. Видит глухое племя: тщетные их труды. Век золотой не кончен - как погубить иной?! Где-то в самом начале недостаёт беды. Там от сотворенья почвы - мир и покой. Варишь ли, копошишься, просто сидишь вот так... Буднично ворожишь, и смерть на ум нейдёт. Смысл далёких кочек, стройный как Зодиак, тихо в сердце моём растёт.
* * *
Вечный Огонь. Севастополь.
* * *
Ветер
Ветер в твоих руках Послушный, Но крылья его - ножи. Ветер в твоей голове... Я - ветер. Крепко меня держи. Крепко меня держи. Вся в кружевах волна. Но в плен её, Модницу, не лови! Мой океан - Океан пены, а Твой океан - любви. Твой океан - любви. Все корабли пьяны. Им - в радость Скорчить лицо судьбе. Я обниму Твой смешной парус, И полечу, себе. И полечу, себе. Там, за углом - земля! Шлёт вести Кто-то чужой в эфир. Небо моё Только дым, и песня. Небо твоё - Весь мир. Небо твоё - Весь мир.
* * *
За облаком
Dm-Gm7-A7/Dm-Dm7-Gm7-A7
Dm-Gm7-A7/Dm-Am7-B7-Dm-B7-A7
Dm Dm7 Gm7 A7
Между фосфором и йодом,
Dm Dm7 Gm7 A7
Между дёгтем и мёдом;
A7 Dm Dm7
Виноградным склоном
Gm7 A7
И медным солнцем,
Dm Am Gm7 A7
Диким зверем и ловцом;
Dm Dm7 Gm7 A7
Братом-богом и шприцом.
Dm Dm7 Gm7 A7
Там, где тина, медузы, гниль,
Dm Dm7
Но до счастья всего-то,
Gm7 A7
Что пару миль;
Dm Dm7
Где сгорает день прошедший
Gm7 A7
Ночным костром,
Dm Am
Как младенец просыпаешься
Gm7 A7
В новом,
B7 A7
С искривлённым беззубым ртом, -
D Gm7 A7
Идёшь ты за облаком,
Dm Dm7 Gm7 A7
А тебе грозятся сроком.
Dm Am Gm7 A7
Но за это она - твоя,
Dm Dm7 Gm7 A7
Вся земля - твоя.
Dm Dm7 Gm7 A7
Вся земля - твоя.
Dm-Gm7-A7/Dm-Dm7-Gm7-A7/
Dm-Gm7-A7/Dm-Am7-B7-Dm-B7-A7
Dm Dm7 Gm7 A7
Лишь один - второй глоток,
Dm Dm7 Gm7 A7
И этот берег тебе уж дорог.
Dm Dm7
Он безлюдным стал и голым,
Gm7 A7
О, да - девятый месяц.
Dm Am Gm7 A7
Но, как красивы закаты здесь.
Dm Dm7 Gm7 A7
И рассветы - прелесть.
Dm Dm7 Gm7 A7
Трёшь губами гармошку ты.
Dm Dm7 Gm7 A7
Я в восторге от твоей игры,
Dm Am7 Gm7 A7
Неумелой, совсем плохой.
Dm Dm7
Захлебнулся б я, как сука,
Gm7 A7
Такой свободой.
B7 A7
На броду, чуть живой,
D Gm7 A7
Идёшь ты за облачком.
Dm Dm7 Gm7 A7
Значит, вышла тебе отсрочка.
Dm Am Gm7 A7
Значит, вышла она - твоя,
Dm Dm7 Gm7 A7
Вся земля - твоя.
Dm Dm7 Gm7 A7 B7 A7
Вся земля - твоя.
D Hm Hm7
Идёшь ты за облаком,
G7 F#7
А тебе грозятся сроком.
Hm Hm7 Em F#7
Но за это она - твоя.
Hm Hm7 Em F#7
Вся земля твоя.
Hm Hm7 Em F#7
Вся земля твоя.
D-A7-G/D-Em-Hm
* * *
Замело луну...
Замело луну метелью.
Дует стужу дед Борей.
Ты платье скидай скорей;
на коже - волшебный клей.
Ты, жизнь, малиной зрей,
не бей ключом...
Потеряйся, как сон, в постели,
останься на потом...
Подождёт твоя Италия,
динамит Москва моя.
Ты, лучше, давай - сюда.
Разлука, она - удав.
За дверью стоит беда:
- пойдёт ли, кто?
Но мы сегодня так поздно встали,
оставим всё на потом.
Оставим на потом.
Кто, невидимый и неслышный,
запутал меня кругом?
Лечусь от него вином.
Наркозом, и долгим сном.
К этой жизни привязанный
смешным бантом...
Ой, не ешь меня, змей давнишний,
оставь на потом.
Эх, труба!.. Чернота в ютубе,
Лишь света в конце глазок.
Посмотрит уставший Бог:
- Что за люди!
В свой самый последний срок
лежат пластом...
Но, мы немножко поём и любим.
Оставь нас на потом.
Оставь на потом.
* * *
Запасной день
Вот золотые чашки. Вот самовар в медалях. Кушанья - все, что знали... Сладок турецкий чай. Сладок турецкий чай. Все собрались, и вещи - Как в расписном журнале. Девочки в райских шалях Слушаются и ждут. Слушаются и ждут. Мой запасной день. Мой запасной день. Красота! - запасной день... Слушаются и ждут. А с кружевной веранды Здравия и приветы. За рекой - части света. Только чего там нет! Только чего там нет! Колокола и пушки, Новых кремлей оконца; Музыка вместо солнца - Вагнер славит Смерть. Вагнер славит Смерть. Мой запасной день. Мой запасной день. Красота! - запасной день... Вагнер хвалит Смерть. А Ленка поёт малинку. Шурка валяет Ваньку. Кошечка пляшет мурку. Нюська в семи мужьях. А мужики всё тащут! А мужики как боги. Мне что есть - всего помногу! Может назавтра в ад? Может назавтра в ад? Мой запасной день. Мой запасной день. Красота! - запасной день... Может назавтра в ад? Мой запасной день. Мой запасной день...
* * *
Золотая
Жизнь на небе -
не столь масштабна,
скорей проста.
Смотрят братья:
ты - жёлтый карлик,
одно - звезда!
Да, я - светило.
Гоняю по орбитам
свой экипаж...
Люблю один далёкий пляж,
гляжу туда...
Жизнь на пляже
длинна как берег,
ясна, как день.
Год на солнце:
горячий мячик, большой навес...
Я стал белым камнем.
Сижу в прибое, и - парабо-риба...
Она подо мной. Вам её не видно;
только всплеск.
Жизнь под камнем,
большое дело, но мне легко.
Здесь полмира:
жилище краба, зелёный лес...
И я - золотая!..
Одна, над миром большим сияю.
И нет у меня даже трёх желаний -
только блеск.
|
|
|
Сайт "Художники" Доска об'явлений для музыкантов |